В Сайтаме против нее сработало слишком много факторов. К двум уже названным поражениям добавились воспоминания о проигранном чемпионате страны, где Загитова заняла лишь пятое место, проигранный год назад чемпионат мира в Милане. Трудно было не думать и о том, что титул олимпийской чемпионки хорош исключительно тогда, когда все складывается безукоризненно. В любом другом случае он придавливает атлета чугунной плитой. Ко всему перечисленному добавлялся последний стартовый номер.

В общем, когда после финального выступления Загитовой зал встал, взорвавшись аплодисментами, эта реакция не отражала той степени восхищения, которой заслуживал прокат Алины.

Глава 11

Каролина Костнер. Забытая акварель

За считаные дни до начала зимних Олимпийских игр в Турине, после продолжительных и крайне неоднозначных дебатов, Италия выбрала знаменосцем своей команды Каролину Костнер. 19-летняя и еще ничего не выигравшая в своей жизни девушка опередила в этом голосовании таких грандов итальянского спорта, как Армин Цоггелер, Стефания Бельмондо и Джорджо Рокка. В этом выборе не было ровным счетом ничего удивительного: очень многие итальянцы уже тогда видели в Каролине фигуристку, способную превратить свою карьеру в эпоху подобно тому, как задолго до этого такое удалось одной из величайших звезд современности, двукратной олимпийской чемпионке Катарине Витт. Тогда, разумеется, никто не мог знать о том, до какой степени близко к судьбе Витт пройдет жизненная канва Каролины.

За год до Турина 18-летняя Каролина стала первой итальянкой, завоевавшей медаль взрослого чемпионата мира. Тогда я написала о ней:

«У Костнер есть все, чтобы добиться результата. Прекрасные природные данные, великолепная наследственность (мама – бывшая чемпионка страны по фигурному катанию, папа – хоккеист, двоюродная сестра Изольда Костнер – выдающаяся в недавнем прошлом горнолыжница), умный тренер с очень правильным, восточнонемецкой школы, взглядом на спорт. То, насколько фанатично сама Каролина относится к тренировкам, не очень характерно для представителей западных стран. Она – одна из немногих спортсменок, кто никогда, ни при каких обстоятельствах, не позволяет себе усомниться в правоте тренера. Ее имидж идеален. Каролина говорит на нескольких языках, прекрасно воспитанна, доброжелательна, уважительна по отношению к старшим (в эту категорию, в силу возраста спортсменки, попадают почти все журналисты), но при этом во всех ее интервью отчетливо присутствует и чувство собственного достоинства, и чувство юмора, и глубокий аналитический ум».

Для реализации итальянской мечты требовалось лишь, чтобы Костнер получила в Турине олимпийскую медаль. А она осталась девятой. Потом два года подряд завоевывала европейское золото и даже стала второй на чемпионате мира—2008, но уже через год успешная полоса в жизни самой талантливой фигуристки Европы прервалась: на двух мировых первенствах у нее не получалось подняться выше шестого места.

Попытка итальянки уехать тренироваться в США к одному из сильнейших тренеров Фрэнку Кэроллу успехом не увенчалась: на Олимпийских играх—2010 в Ванкувере Костнер откатилась на шестнадцатое место, после чего вновь вернулась в Италию к прежнему наставнику Михаэлю Хуту. Пожалуй, то время было для фигуристки наиболее проблемным в плане поиска себя и своего места в спорте. Позже она призналась мне в интервью:

– Вспоминать о Ванкувере было так больно, что несколько месяцев я вообще старалась выбросить те Игры из головы. Получалось это плохо, и в конце концов я просто оказалась вынуждена задать себе прямой вопрос: «Почему у меня не получилось?» Думаю, причина вот в чем: накануне Игр-2010 меня не покидало ощущение, что я всем должна. Болельщикам, своему тренеру, своим родным – всем тем, кто уже не первый год ждет от меня большого результата. Хотя на самом деле это ощущение появилось даже не перед Ванкувером, а скорее, еще перед Играми в Турине. Сначала я чувствовала, что окружающие искренне мною гордятся, поскольку именно я стала первой итальянской фигуристкой, поднявшейся на пьедестал чемпионата мира, и первой, кто выиграл для Италии золото европейского первенства. Но очень быстро у меня возникло ощущение, что я обязана непрерывно оправдывать чужие ожидания независимо от того, в каком состоянии нахожусь. Более того, я и сама искренне полагала, что должна оправдать эти ожидания во что бы то ни стало. Вот и получилось, что психологическое давление непрерывно шло со всех сторон, но больше всего давила на свою психику я сама.

Именно поэтому в 2009-м я приняла решение уехать тренироваться в США. Естественно, рассчитывала, что смена обстановки положительно скажется на результате. Но этого не случилось, я стала копаться в себе в попытках найти причину, и до меня вдруг дошло, что в фигурном катании для меня первостепенно важно не то, какие места я занимаю, а то, что я просто люблю и хочу кататься. И что кататься хочу там, где мне комфортнее всего. То есть дома.