Читаем Фиаско 1941 полностью

В-пятых, возможность маневра моторизованными войсками давала возможность немцам парировать контрудары и навязывать наступающим советским танковым дивизиям тяжелые встречные бои со своим численным перевесом. В этих боях немцы выбивали значительную часть советских танков, в результате чего после двух-трех крупных боев мехкорпус фактически терял боеспособность. 14-й мехкорпус 4-й армии, в котором к началу войны было 518 танков, 44 бронеавтомобиля, 1361 автомобиль, уже 28 июня представлял собой жалкое зрелище: 1825 человек, 2 танка Т-26, 153 автомобиля и 3 трактора[251].

Вполне достаточно причин для объяснения неудач контрударов в первые дни войны, даже без поиска персональных виновников и без перекладывания всей ответственности на вышестоящее командование, лично Жукова или Сталина. Внезапность, численное превосходство и лучшую моторизацию – свои главные преимущества враг реализовал в полной степени. Это весьма характерный пример, как правильные действия на войне могут привести к неправильному результату, то есть к поражению и отступлению, поскольку враг оказался сильнее, лучше подготовлен и вообще обстоятельства сложились не в нашу пользу.

Не всякая неудача есть неудача

С одной стороны, результат приграничного сражения можно признать однозначно неудачным. Отступление, окружение и разгром целой группы армий в Белоруссии. Часто итоги начала войны характеризуются гораздо более трагически: потеря кадровой армии, огромного количества техники и вооружений, запасов и так далее, из чего делаются всякие далеко идущие выводы.

Однако, если посмотреть с другой стороны, то можно увидеть и то, что неудачи были вовсе не столь глубокими, чем могли бы быть. Например, во французскую кампанию немцы за 15 дней боев, к 25 мая 1940 года оккупировали Голландию, большую часть Бельгии, а также окружили и прижали к морю крупную группировку британских, французских и бельгийских войск, общей численностью около 1 млн человек, чем и предопределили поражение французских войск и британского экспедиционного корпуса, с последующим падением Франции[252]. Немецкие успехи в приграничном сражении в июне 1941 года были куда более скромны. Немцам удалось нанести крупное поражение только Западному фронту, который к 9 июля 1941 года потерял 417,7 тысячи человек, или 66 % своей первоначальной численности. Остальные фронты сумели отступить, сохранив основные силы. Потери Северо-Западного фронта составили 88,4 тысячи человек – 17,8 % от первоначальной численности, Юго-Западного фронта – 241,5 тысячи человек, 27,9 %[253]. Потери в приграничном сражении были велики, но они вовсе не означали, что боевая мощь Красной Армии была исчерпана. Это означает, что главная цель всего плана «Барбаросса» – разгромить основные силы Красной Армии в приграничном сражении не была выполнена. Практически без оперативной паузы противостоящие армии вступили в Смоленское сражение на западном направлении, сражение за Киев на юго-западном направлении и сражение за Лужский рубеж на подступах к Ленинграду. Эти сражения были еще более ожесточенными и длительными, чем приграничное сражение, а война только разгоралась.