– Доблестные матросы и солдаты императора дона Карлоса!  – приветствовал собравшихся старший штурман.  – Мы, верные Кастилии офицеры, арестовали Мескиту, замыслившего вместе с Магелланом погубить корабли, ибо только этим можно объяснить длительную задержку в заливе, когда запасы провизии подходят к концу. На последнем совете капитан-генерал отдал приказ казнить всякого за разглашение секретов истинного положения дел. Через три месяца нас ждала голодная смерть.  – Народ заволновался.  – Мы были вынуждены прибегнуть к крайней мере, взять на себя ответственность за судьбу экипажа. Мы – не мятежники, мы честно выполнили свой долг! Отныне вам решать, кто будет капитаном, продолжать исследование земель или нет. Я думаю, надо вернуться на родину, обновить снаряжение, запастись продуктами и лишь, затем пойти дальше на юг.

– Правильно говорит,  – одобрили из толпы.  – Надоело все! Пора плыть домой!

– Хотим капитаном Гомеса!  – предложили португальцы.

– В Испанию! В Испанию!  – кричали моряки.

– Высадите Мескиту на берег – пусть сдохнет вместе с братом!

– На рею предателя!

– Четвертовать!

– Выбирай Гомеса! Присягнем тебе, Эстебан!

– Херонимо не хуже!  – запротестовал боцман.

– Гомеса! Гомеса!  – требовали матросы.

– Герру! Герру!  – трещал Диего.

Испанцы засомневались.

– Хватит с нас португальцев! Давай нашего!

– Гомеса!  – вопили в ответ.  – Это он арестовал Мескиту, а нотариус помогал.

– Герра мягче Гомеса, не будет притеснять нас, надо сделать его капитаном!  – настаивали испанцы.

– Эстебан – моряк, а Херонимо – законник!  – возражали противники.

– Герру! Герру!  – скандировал проспавший мятеж боцман.

Эстебан поднял руку, призвал людей успокоиться. Толпа не унималась. Португальцы готовились врукопашную схватиться с испанцами.

– Пусть говорит!  – прервал народ Диего.  – Слово Гомесу!

– Герру! Герру!  – орал сосед.

– Заткнись, крыса!  – боцман саданул его кулаком.

– Ты чего?  – обиделся солдат.  – Я за Герру.

– Молчи, дурак!

– Надо избрать капитаном Герру!  – не дождавшись тишины, закричал Гомес.

– Что он говорит? Тихо!  – заголосили в толпе.

– Цыц, собаки!  – грозил боцман, привычно размахивая кулаками направо и налево.  – Заткни пасть!

– Пусть Герра командует кораблем!  – перекрывая шум, повторил Гомес.

– Почему он отказывается? Почему не хочет быть капитаном? Пусть объяснит!

Наступила тишина, все ждали слова Гомеса.

– Спасибо, друзья,  – сказал гуляка-штурман.  – Я не могу быть капитаном.

– Король собирался сделать тебя адмиралом!  – напомнили из толпы.

– Но не сделал,  – засмеялся Эстебан.  – У чиновников хватило ума не дать мне флотилию.

– Напрасно отказываешься, второго случая не будет!  – посоветовали с палубы.

– Хотите Мафру вместо нотариуса?  – спросил Эстебан.

– Нет!  – дружно рявкнула толпа.

– Значит, быть Герре капитаном!  – торжественно закончил штурман.

– Да здравствует Герра! Хвала королю! В Испанию!  – раздалось со всех сторон.

– На колени!  – приказал Гомес, воздев над головами меч, как крест, вверх рукоятью.  – Клянемся быть верными присяге и новому капитану!

– Клянемся!  – выдохнули с палубы десятки глоток.

– А теперь,  – распорядился Гомес,  – вахтенным поставить паруса и полным ходом на север!

– Домой!  – поддержали разгоряченные головы.

Офицеры и охрана спустились с юта. Нотариус пошел обживать капитанскую каюту. Команда разбрелась по делам. Мафра задержался на палубе с Эстебаном.

– Зря отказался,  – устало промолвил кормчий.  – Это твое место.

– Если Герре за мятеж отрубят голову, мы останемся живы!  – улыбнулся старший штурман.  – Пусть понежится в кровати Мескиты, отвечать придется ему! Картахена не потерпит над собою начальства. Через неделю мы возьмем его на борт.

<p>Глава XIX</p><p>Неведомое море</p>

Три дня отсутствовала лодка, посланная Магелланом на запад для разведки выхода из пролива. Три дня адмирал нетерпеливо поглядывал на канал в ожидании победы или поражения. Он понимал: Гомес на совете выразил мнение многих моряков, боявшихся поддержать его возмутительные речи. И никакое объяснение, будто Эстебан завидует ему, не способно заменить здравые рассуждения. Неизвестность, холод, голод – плохие защитники пошатнувшегося авторитета. Силой не заставишь народ повиноваться и тайну о состоянии продовольствия не сохранишь.

Команды судов безмятежно отдыхали на реке Сардин. Чистая вода, зеленая трава, теплое солнце благотворно влияли на здоровье людей. Матросы стирали одежду, вылавливали вшей, расчесывали спутанные бороды. Амадис с лаем гонялся за воробьями, распугивал чаек и ворон, охотился на грызунов. Люди досыта ели рыбу, рвали сладкую траву.