Читаем Фернандо Магеллан. Том 2 полностью

– У вас есть какие-нибудь прошения к капитан-генералу?  – поинтересовался Мескита, поигрывая желтой лентой с сургучной печатью адмирала.  – Желаете опротестовать решение совета?

Картахена с ненавистью глядел в глаза португальца, жалел, что не позволил убить его в пьяную буйную ночь. Одно слово – и не стоял бы сейчас перед ним в чистом бархатном плаще родственник Магеллана, не издевался. Инспектор видел, как офицеры и солдаты охраны ждали мольбы, но не верил, что в силах изменить приговор.

– Я хочу перед смертью исповедаться и причаститься,  – сдержанно сказал Картахена.

– Разве вас казнят?  – театрально изумился Альваро.  – Почему вас не устраивает Санчес де ла Рейна? Его не лишили священного сана.

Услышав свое имя, старик вздрогнул, приподнял голову, обвел собравшихся мутным взором воспаленных глаз.

– У вас есть просьбы к сеньору Магеллану?  – мягче спросил Мескита.

– Будь он проклят, ненасытный Бальтасар!  – раскачиваясь на руках, глухо ответил капеллан.

Солдаты с негодованием отшатнулись.

– Пролитая кровь падет ему на голову, враги разорвут его тело на части, как он рассек Мендосу горло наполнится болью, и злодей задохнется в своих испражнениях!  – пророчествовал доминиканец.

– Перестань!  – воскликнул Мескита.  – Подумай о себе!

– Душа моя бессмертна!  – старик выпрямился на коленях, стал страшен. Позеленевший латунный крест сбился набок, потертая фигурка Христа сверкнула на солнце.  – Никто не в силах сломить ее. Лишь пред Всевышним держать ей ответ. Это вы молите Господа о прощении, безродные выскочки, захватившие корабли!

– Уймись, сатана!  – закричал озлобленный капитан.  – Не тебе судить. Я не нарушил клятву, а ты предал командира, разжег в людях ненависть, призвал к насилию!

– Люди имеют право защищаться оружием, если слово падает на мертвую землю,  – де ла Рейна поднялся на ноги.  – Они хотят жить, а вы ведете их на смерть.

– Когда нас высадят?  – прервал спор Картахена, придерживая священника.  – Что позволят взять с собой?

– Все необходимое и даже слуг,  – взял себя в руки Мескита.

– Я не успел обзавестись рабами,  – сухо промолвил рыцарь, намекая на Магеллана.

– Сожалею,  – усмехнулся Альваро.

– Я хочу скорее перебраться в блокгауз, вы не возражаете?

– Склад разберут на дрова,  – издевался Мескита, ухмыляясь и призывая позабавиться солдат. Его не поддержали, мужество обреченных вызывало уважение.

– Мы построим шалаш,  – сказал офицер.  – Впрочем, нас проще казнить. Убить врага – меньшее зло, чем мучить.

– Вам сохранили жизнь,  – повторил Альваро.

– Это мы слышали… Пойдемте, святой отец. Нам не о чем говорить с человеком, не включенным императором в списки экспедиции. Рано или поздно ему придется ответить за оскорбления священного сана и арест королевского инспектора.

– Да, да,  – нервно закивал головой де ла Рейна,  – король и Всевышний не покинут нас в беде. Надо молиться и ждать.

– Помолитесь, «святой отец»,  – передразнил Мескита,  – вдруг ангел с небес пришлет за вами корабль!

Но смеяться не хотелось, матросы угрюмо поглядывали на капитана. Испанцам позволили удалиться в трюм, священника бережно спустили на руках. Гомес подошел к Меските.

– Напрасно злорадствуешь,  – Эстебан упрекнул португальца.  – Люди с бака жалеют их. Излишняя жестокость обернется против Фернандо. Я не удивлюсь, если кто-нибудь вернется за ними.

– Через месяц бунтари подохнут с голоду,  – решил Мескита, ощущая неприятное отчуждение команды.

– Возможно, но память о них сохранится.

– Инспектор с доминиканцем – мятежники и враги!  – обиделся капитан.

– Были врагами полгода назад,  – поправил кормчий.  – Надо было осенью отсечь головы или сегодня помиловать вместе со всеми.

– Что же ты не сказал Магеллану?

– Десятки раз говорил.

– А он?

– Не желал слушать. Да и ты заодно с командующим… А ведь Картахена спас тебя от смерти, когда Кесада захватил корабль.

– Поблагодарить его за это?  – криво усмехнулся Альваро.

– Совести у тебя нет,  – пристыдил Эстебан.

* * *

Выход в море назначили на 24 августа. Заканчивались последние сборы в дорогу. На берегу разбирали стапель и походную кузницу. Забирали с собой все, что могло пригодиться в пути, что можно было перетащить в трюм или на палубу кораблей. Маленький блокгауз на островке вместе с плотиком подарили Картахене. В него сложили мушкет с порохом, самострелы, простое солдатское оружие, безделушки для обмена с великанами, не разворованные победителями личные вещи осужденных, запасы продовольствия на первые дни, пока мятежники будут учиться охотиться и ловить рыбу. Несмотря на запрет адмирала, сердобольные моряки везли изгнанникам всякое старье, способное облегчить вынужденное одиночество. Священник целыми днями лежал на пропахшей телами туземцев подстилке, Картахена оборудовал дом-крепость. Ему помогали добровольцы: завозили на островок дрова, чинили сети.