— Теперича надобно их прикопать! — прокашлялась она, глядя на бледное лицо Венциана. — А не то дружки нагрянут и усе! Будет и ах, и ах, и еще ах!

Глава седьмая. Драконий этикет

— Осторожней, — послышался голос Венциана, когда он поднимал на руки первое тело, поглядывая в открытое окно. Грязных сапог зацепил столик на котором стоял подсвечник, и тот со звоном упал на пол.

— Что случилось? — послышался дикий топот и воробьиный голосок проснувшейся няни.

— Ниче, — прокашлялась Сюзанна, прикрыв дверь и придерживая ее плечом. — Я тут енто…

— Разучиваю менуэт! — шепотом подсказывал Венциан первое, что пришло ему в голову. Граф с изумлением смотрел на свои руки. Он с легкостью держит огромного мужика и не чувствует усталости.

— Размучиваю монумент! — звонко ответила фея. Венциан выдохнул. Могло быть и хуже.

— Вы там поосторожней размучивайте! — послышался строгий голос мисс Миракл, а ее шаги удалились.

— Тащи! — прошипела фея, ловко выпрыгивая в окно. — Сюда! Давай шустрее!

— Почему сюда? — с ужасом спросил Венциан, видя, что Сюзанна остановилась возле самой дорожки. — Может, в дальний конец сада?

— Не, здеся я яму рыла! Большая получилася! И пень выкорчевывала! У там корней, мышкин батон! То есть, ах! — утерла нос красавица. — Так что ямища — во! На двоих хватит! А я кусты какие-нибудь сверху засажу!

Когда тело второго разбойника опустилось в могилу, фея уже бежала с лопатой наперевес. Ловко орудуя лопатой, она зарывала два тела. В одно мгновенье Венциану показалось, что рядом с башмаком что- то сверкнуло магией. Оно было похоже то ли на ключ, то ли на застежку. Но ее тут же присыпало землей.

Фея и граф возвращались обратно. На свежей могиле появились кустики, а фея по привычке обтирала руки о платье.

— Ну че, графушка! — оперлась она на лопату, пытаясь отдышатся. — У нас теперича тайна появилася! И трындеть о ней направо и налево низя!

Она обтерла руку, а потом смачно плюнула на нее, протягивая слюнявую ручку графу. Тот усмехнулся, глядя на протянутую руку.

— А слюнявить руку обязательно? — спросил граф, глядя на размазанную грязь.

— А как же? — удивилась фея. — Без слюней и клятвы нету!

— Знаешь, — заметил Венциан, видя грязную и слюнявую ручку, а потом скользя взглядом туда, где завязанное на узел платье обнажает стройные ножки, которые жутко косолапили. — В высшем обществе принято немного не так…

В этот момент Венциан взвешивал каждое слово. А все почему? Потому что врал безбожно. В лунном свете фея казалась еще прекрасней, чем при свете свечей.

— В высшем свете тайны принято скреплять по-другому, — заметил он, понимая, что уже стоит близко к ней. Так близко, что казалось вот-вот коснется.

— И как же?! — удивилась наивная фея, распахнув глаза.

— Поцелуем, — стараясь не выдать улыбки соврал граф, осторожно припадая к ее губам и чувствуя, что внутри него все переворачивается. «Неужели я это сделал?!», — задыхалось что-то внутри него. Лопата упала на свежую могилу, а он обнял ее за талию, резко прижав к себе.

Наконец поцелуй прекратился, а фея шмыгнула носом. Они возвращались обратно в дом. «Куда я дену ее потом? А если она ко мне привяжется?», — стучало сердце в голове Венциана. «С такой внешностью для нее не составит труда выйти замуж!», — успокаивал он себя, так и не решаясь спросить себя о главном.

— Ну че? — пожала фея красивыми плечами, сплевывая на роскошный ковер. — До завтра!

И косолапо направилась в постель. Венциан подобрал пистолет и вышел за дверь. Он улегся спать, но сон смешивался с запахом роз и платьем, которое он сминал жадной рукой. В этот момент на него накатывала сладкая и нервная волна, облизывая все острые камни в душе, шлифуя, словно морскую гальку.

— Пошли вон, все завтра! — отмахнулся Венциан, как его учила мать. Она рассказывала, что плохие мысли — это надоедливые слуги. Достаточно просто послать их вон, и они уйдут!

Утром его разбудила мисс Миракл, открывающая занавески.

— Время? — спохватился Венциан, глядя на старинные часы.

— Да не боитесь! Ваша подопечная еще спит! — махнула рукой мисс Миракл, по пятам следуя за графом. — А вы, я так понимаю, хотите поступить, как бесчестный человек? Как последний мерзавец и негодяй?

— С чего ты взяла? — ледяным тоном бросил Венциан, вылезая из ванной.

— А как будто бы старая няня не слышала вашего «менуэта»! — прокашлялась мисс Миракл, расправляя рубашку и подавая Венциану. — От менуэтов и гавотов иногда бывают дети!

— Брось! — скривился Венциан, проклиная себя за ту странную минуту слабости, когда он не смог защитить ни себя, ни ее. Сейчас тело слушалось как и прежне. — Полотенце и одежду сюда!

Он выскочил из ванной, но тут же чинно направился к двери, за которой спала фея.

— Вставайте! У нас сегодня завтрак, а потом… светская беседа! — постучался он. Но ему никто не ответил. Комната была пуста.

— Дама уже в столовой! — сообщил, проходящий мимо дворецкий.

Приоткрыв дверь в столовой он увидел фею, сидящую верхом на стуле и задумчиво рассматривающая картину.