Диана опорожнила стакан и со стуком поставила на столешницу. Опустила взгляд в пол. Затем снизу вверх осмотрела Михаила, словно оценивая его размеры. Вскинула руки, широкие рукава халата упали ей на плечи. Пьяно воскликнула:

— Подними меня, мой буйвол!

Глядя на её покачивающуюся фигуру, Михаил ожидал что-то подобное. Крепко охватил девушку, сплёл пальцы в замок на её спине, чуть оторвал от пола.

— Теперь неси в спальню.

Он так и думал. Молча стал выполнять указание. Пошел медленно вразвалку, прижимая её к своему телу как продолжение живота. Голова Дианы легла на грудь. Ноги расслабленно раскачивались из стороны в сторону. По дороге тапки слетели — бухнули об пол.

Михаил поставил девушку перед кроватью и откинул балдахин. Нагнулся, чтобы убрать покрывало. Почувствовал толчок сбоку и, не удержав равновесие, упал на постель. Хотел приподняться, но не успел. Диана ловко закинула его ноги и уселась сверху. Наклонилась вперёд, так что волосы скрыли лицо, из ворота халата выпал металлический кулон, ударив Михаила в подбородок. Выдохнула:

— Не шевелись, мой буйвол! Я сама!

Стала расстёгивать ремень, резко дёргая его из стороны в сторону. Грубо стаскивала джинсы, рубашку. Казалось, сопротивляющаяся одежда вызывает у неё остервенение. Голова недовольно раскачивалась, волосы закидывались на лицо. Она снова что-то бубнила, точно уговаривала кого-то помочь. Затем ловко скинула свой халат и оказалась совершенно голой. В облаке света, идущего через открытую дверь гостиной, она показалась Михаилу темным демоном, вершащим свое колдовское правосудие. Не хватало хлыста.

— А теперь — продержись восемь секунд! — она обхватила голову Михаила, накрыла ртом его губы. Вобрала в себя.

«Какая она тяжелая» — снова подумал Михаил, задыхаясь. Чувствуя, как последние здравые мысли высасываются из его головы. Оставляя место для похоти и возбуждения. На битву это не походило, скорее, на казнь. Восемь секунд показались вечностью.

Периодически инстинктивно он хотел погладить её, коснуться разгоряченного тела. Но Диана тут же шлёпала по рукам. Заставляла раскидывать их в стороны, стонать от клокочущей разрывающей изнутри энергии, не имеющей возможности вырваться наружу, скрести пальцами, царапать ногтями постельное бельё, скручивать его в кулаках.

Потом обессиленные и потные они лежали на спутанных простынях.

Немного успокоившись, Диана встала и открыла окно. Предрассветная прохлада хлынула в комнату.

Пришлось расправить одеяло и укрыться. Она положила руку Михаила поверх себя и уткнулась ему в подмышку. Через минуту засопела — уснула.

Михаил подумал, что ей нравится мужской запах, в этом они с Лили схожи. Сожаления не было. Совесть не мучила. Это была другая страна. Другая жизнь. Другая женщина.

Глава 10. Задание выполнено

Вместо Марии появилась девушка. Теперь Михаил мог её рассмотреть как следует. Была она в черной обтягивающей юбке чуть ниже колена и цветастой кофточке. На ногах — резиновые вьетнамки надеты на коротенькие махровые носочки. Ремешок крепления стягивал материю вглубь между большим и вторым пальцем.

Зашла и села на кровать. Сложила ладошки лодочкой между сжатых колен. Волосы черные, длинные, немного путаные. Мельком взглянула на часы, которые висели над дверью, и уставилась в угол. Михаил заметил, что, хотя она и не маленькая, но выглядит как кубышка — широка в кости. Толстые ляжки. Надо было работать. Запись шла.

— Ну давай знакомиться, — он постарался казаться пьяным, — меня зовут Михаил.

Я Наташа, — с акцентом произнесла девушка.

Михаил чуть не прыснул — надо же, выбрала себе имя! Не Ростова ли? Прямо как в Египте. Только наоборот. Там всех русских девушек аборигены называют Наташами.

— Откуда же ты, такая красивая, чернобровая?

— Здесь… недалеко… — смутилась, явно не зная, что ответить. Родину называть не собиралась — видать, нелегалка.

— И давно проституткой работаешь?

Девушка резко съежилась, но затем оживилась, расправила плечи. Вспомнила, чему учили. Тема была наработана. Начала бодро рассказывать, что живет с русским мужем-пьяницей, растит троих детей, денег не хватает…

Периодически смотрела на часы — время шло.

Зашла Мария. Принесла заказ. Положила на столик пробитый чек и сдачу. Одобрительно улыбнулась подопечной и вышла.

— Ну давай, раздевайся, — воспользовался паузой Михаил. С ужасом подумал, как придётся трогать незнакомое смуглое тело девушки. Кожа её рук, лица и уходящей под кофточку шеи, была не однотонной. В некоторых местах чуть светлее или темнее. Навевала мысль о болезни или нечистоплотности. Вспоминались детские цыпки. Чтобы не думать — быстро откупорил коньяк, налил себе и выпил. Почувствовал, как в груди растеклось тепло. В голове снова начало приятно мутиться. — Будешь?

— Я не пью, — отозвалась Наташа, — сходите в душ!

— А я что — мыться сюда пришёл? — деланно возмутился Михаил. — Давай в койку! Деньги уплачены. Работай!

— Так положено! Иначе никакого секса! — голос её был твёрд.