И она опять осталась ожидать его. А в доме воцарился неведомый аромат, принесенный им из зарослей вселенной, аромат морского табака, и столько других ароматов, которые только он один мог принести в этот дом. И этого было вполне достаточно для того, чтобы она ждала его хоть до конца света; ведь если бы она не ждала, то, может быть, он бы не вернулся больше ни разу. А это значит, дорогие женщины, что на Земле остаются менее достойные мужчины.

Перевод с молдавского В. МЕЩЕРЯКОВА

ВЛАДИМИР ЗАЯЦ БЫЛИ СТАРОГО КОСМОГАТОРА

– Как я рад, как я рад! - Антоний Эндотелиус-младший хлопотливо усаживал гостей в кресла. - Очень хорошо, внучек, что ты решил навестить меня да еще с приятелем.

Внук в ответ пробормотал что-то невнятное.

– А что не предупредил старика? Сюрприз решил сделать? Молодчина! А что перчатки не снимаете? Тепло ведь.

– Мода, дедуся, - хрипло ответил приятель внука.

– Ну если мода, - понимающе развел руками старый космогатор. - Вы минуточку посидите, поразвлекайтесь сами, а я приготовлю кофе по-гуарамски. Такой, какой ты любишь, внучек. Правда ведь?

– Очень люблю, - поспешил согласиться внук.

Вскоре хозяин вернулся, держа худыми длинными пальцами поднос с тремя чашечками кофе.

– Может быть, ребятишки, на террасе устроимся? Там морской ветерок веет и трубочку можно выкурить, никому не мешая.

Внук с приятелем переглянулись: - Ну что ты, дедушка! Тут так уютно! А дым твой нам нисколько не помешает и будет напоминать давние времена.

Антоний Эндотелиус, загадочно сощурившись, посмотрел на внука.

– Чем бы вас поразвлечь? - спросил он задумчиво, набивая трубку. - Расскажу одну из историй, которые со мной произошли.

– Да, да! - хором поддакнули внук и приятель. - Расскажите о матодах.

– Хорошо, - согласился старый космогатор.

Он удобнее устроил в кресле свое длинное костлявое тело, раскурил трубку и, задумчиво глядя на клубы дыма, начал рассказ:

– Я не буду напоминать вам о том, что в свое время меня считали лучшим Чрезвычайным Инспектором. Имя мое было известно по всей Галактике и даже за ее пределами. Я разгадывал самые загадочные происшествия. Это теперь я немощен и стар, многое стал забывать, мышление притупилось.

А когда-то… Впрочем, из скромности я не буду больше акцентировать ваше внимание на своих несомненных, но, увы, былых достоинствах. Итак, только факты. Отчетливо помню: легнее утро тридцать первого июля, десять часов пятьдесят две минуты сорок три секунды. Вспыхивает экран видеофона.

Я узнаю лицо старшего эксперта по внешним перевозкам. Лицо его было бледным, под глазами залегли тени, голос дрожал.

“Необходима ваша помощь”, - проговорил он, едва поздоровавшись.

“Я готов, - ответил я. - Помогу вам найти грузовоз, пропавший при загадочных обстоятельствах”.

Инспектор Элдер не раз убеждался в моей исключительной проницательности, но и на этот раз не мог удержаться от возгласа изумления.

“Как вы догадались?!” “О, это очень просто, - небрежно заметил я. - Во-первых, в моей энциклопедической памяти лежат сведения о том, что двадцать девятого июля возвращаются дальние грузовозы.

Во-вторых, судя по вашему виду, вы не спите около двух суток, то есть с двадцать девятого июля. В-третьих, голова ваша чуть повернута вправо. Это из-за того, что вы двое суток пытались связаться с грузовиками, а экраны связи с грузовиками стоят чуть справа. Соединив все эти звенья, я пришел к выводу, что один из грузовиков не вернулся. И наконец, если вы обратились за помощью ко мне, значит, исчезновение грузовика было загадочным”.

“Гениально! - не удержался Элдер. - И вместе с тем как просто!” “Все, что гениально, просто, - скромно произнес я. - Теперь расскажите обо всем поподробнее”.

И вот что рассказал старший эксперт. Не вернулся на базу фотонный ноль-грузовик 98/117; пилотировал его Василий Сазонов. И раньше его полеты были не вполне обычными, но этому не придавали особого значения. То он возвращался на несколько часов раньше срока, то прилетал отдохнувший и загоревший из самого тяжелого рейса. Загоревший! А в секторе АС 325 Б/84, куда он летал, нет ни единой приличной яркой звезды, излучающей ультрафиолет. Все звезды красные, с температурой фотосферы намного ниже шести тысяч градусов.

Под такими не загоришь!

Поговорив с Элдером, я пошел в информатеку и просмотрел ряд необходимых мне материалов.