Читаем Фан-клуб полностью

Бруннер набрал домашний номер. К несчастью, ответила его золовка. Это означало, что ему придется выслушать стандартный набор слов, которым она пользовалась, когда он работал в «Дне Рождения». Сейчас она поддразнит его насчет «тяжелой работы», когда мужчина вынужден находиться весь день среди нагих дам и называет это «работой».

Подавив стон, он откинулся на стуле, позволяя Мэй завести свою шарманку. Выслушав ее, он попросил позвать к телефону Тельму.

— Это ты, Лео? — заговорила жена. — Где ты находишься? Ты знаешь сколько времени?

— Я все еще в клубе. Как раз кончаю. Вы уже обедали?

— Еще бы. Не менее часа назад.

— Тогда я перекушу сэндвичем за пару кварталов отсюда.

— Следи за тем, что ешь в городе, Лео.

— Да-да, конечно. Я буду дома примерно через час. Ты хотела бы пойти сегодня в кино? В Калвер-Сити идет что-то хорошее.

— Спасибо за заботу, Лео, но только не сегодня. Если бы ты чувствовал себя так же, как я, ты заполз бы в постель, чтобы спокойно умереть.

Он привык к этому:

— Ты приболела? Что-нибудь случилось?

— Снова артрит. Болят плечи, болит спина. Он убивает меня весь день. Сегодня вечером я даже не буду мыть волосы. Отправлюсь в постель, чтобы отдохнуть. Если хочешь сходить в кино, Лео, иди. Я не возражаю.

— Подумаю. Я не задержусь допоздна, Тельма.

— Когда ты вернешься, я буду спать, если повезет и сумею заснуть.

— Спокойной ночи, Тельма.

Он опустил трубку на рычаг и замер на месте. Он не был голоден и ничуть не хотел есть. Может, остановиться на кино. Хоть какой-то уход от действительности.

Бруннер потянулся за сложенной газетой, лежащей на столе. Открыв ее на странице «развлечения», он пробежал все объявления. Вдруг взгляд его наткнулся на большой, окруженный звездой, заголовок: СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ БЛЕСТЯЩАЯ ПРЕМЬЕРА! ПРИСУТСТВУЕТ САМА ШЭРОН ФИЛДС!

Лео Бруннер выпрямился, пристально глядя на фото полуодетой Шэрон Филдс в томной позе.

Мысли его вернулись к замечательному приключению вчерашнего вечера в кегельбане Санта-Моники. Тот странный юноша, уверявший, будто они могут познакомиться с Шэрон Филдс и даже… но этот юноша, по-видимому, явный психопат.

Лео Бруннер снова уставился на объявление.

Он никогда еще не посещал премьеры. Никогда не видел живую Шэрон Филдс. Если три девушки, только что побывавшие в конторе, оказались сексуально возбуждающими, можно было представить себе, что Шэрон Филдс возбуждает в сотни раз сильнее.

Он погряз в жалости к себе и испытывал депрессию. Вот событие, блестящее и доступное публике. Вот возможность посмотреть на самую желанную женщину на свете. Посещение подобного события и наслаждение образом такой женщины может обогатить унылую жизнь и скрасить даже самый несчастливый день.

Лео Бруннер решился. Вечер только начался. В конце концов, в кино сходить вовсе не поздно.

В этот же вторник, в семь двадцать вечера, Адам Мэлон, стоя на коленях среди картонок с кошачьей пищей в предпоследнем ряду «Несравненного супермаркета» на Олимпик-бульваре, то и дело бросал взгляды на настенные часы, желая во что бы то ни стало успеть на премьеру.

С тех пор как он устроился рабочим на неполный день (остальное время посвящалось сочинительству), его рабочие часы стали довольно-таки растяжимыми. Вчера он предупредил управляющего складом, что закончит ровно в семь тридцать, и тот, ворча, согласился.

Сейчас Мэлону оставалось только десять минут, чтобы промаркировать банки и сложить их. Вот он быстро взрезает крышки последних четырех коробок, затем, поглядывая на список новых оптовых цен, выбирает подходящие резиновые штампы и начинает отштамповывать цены на крышках жестянок с красной рыбой, гусиными потрохами, побочными мясными продуктами, печенью.

Через восемь минут он отштамповал все банки и уложил их на надлежащую полку.

Теперь нужно спешить. Убрав пустые коробки, он прошел в служебную комнату позади отдела импортных деликатесов. Сняв замусоленный передник, он прошел в ванную комнату. Смочив волосы водой, он тщательно вымыл лицо и руки, а затем осторожно зачесал назад волнистые темно-каштановые волосы. Вытерев лицо и руки насухо полотенцем, Адам внимательно посмотрелся в зеркало.

В подобных редких случаях Мэлон всегда прихорашивался, будто мог случайно встретить Шэрон Филдс. Если это произойдет, он должен выглядеть наилучшим образом. Отражение в зеркале показало ему то, что увидит Шэрон: густая грива волос, широкий лоб мыслителя, ласковые карие глаза, прямой нос, приятный рот, волевой, чуть попорченный непрошеными прыщами подбородок и могучая шея с торчащим кадыком. Вдобавок, он казался выше своих пяти футов десяти дюймов, потому что был стройным.

Удовлетворенный осмотром, Мэлон поддернул синие шерстяные брюки, снял с вешалки вельветовый пиджак и быстро прошел через склад и автоматические стеклянные двери на стоянку.

Он попытался вспомнить, где оставил свою подержанную иномарку-малолитражку, зеленый «МГ», затем заметил ее в третьем ряду, прямо перед собой.

Когда он шел к машине, сбоку прогудел автомобильный сигнал и послышался женский голос: «Эй, Адам!»