Читаем Фан-клуб полностью

Бруннер, с занесенным над журналом карандашом, замер и впился глазами в дверь.

Они вошли в контору быстро, одна за другой и каждая, тепло или игриво, поздоровалась с Руффало. Тот приветствовал каждую коротким взмахом руки и приказал последней из трио закрыть дверь.

— И так, девочки, не будем терять времени, — сказал Руффало. — Встаньте в ряд перед диваном.

Три женщины послушно подошли к дивану и замерли наготове на лежащем перед ним белом пушистом коврике.

Притворяясь, будто работает, Бруннер краем глаза поглядывал на них. Каждая из них была роскошна, может, чуточку откровенна в одежде и манерах, но молода и эффектна.

— Вы знаете, зачем вы здесь, — коротко бросил хозяин. — Я уверен, что Зиг объяснил вам. Я собираюсь нанять одну из вас. Мне необходимо заполнить место в вечернем шоу. Вы поняли?

Молодые женщины одновременно кивнули.

— Ну хорошо. Начнем с тебя, — продолжал Руффало, указывая на ближайшую к нему платиновую блондинку. — Назови свои имена — пока достаточно первого, последнюю работу на эстраде, причину, по которой ушла либо была уволена и свой лучший тип танца для клуба вроде нашего. Начинай, я слушаю.

Бруннер чуть повернулся на стуле для лучшего наблюдения за девушками у противоположной стены комнаты. Глаза его упивались каждой, по мере того как они говорили.

У первой, платиновой блондинки, был розовый рот влажные губы и нордическая внешность. На ней был лиловый свитер с глухим воротом, укороченная желтая юбка, колготки и сиреневые кожаные сапоги. Голос у нее был писклявый.

— Меня зовут Гретхен. Я работала моделью для агентства Гроссера. Демонстрировала нижнее белье. Один из мануфактурщиков, для которого я делала шоу… его жена невзлюбила меня, она была ревнивая, и уволила меня. Это было несколько месяцев назад. Последнее время у торговцев бельем не слишком много работы.

— Твой лучший танец? — осведомился Руффало.

— «Бамп и грайнд».

— Хорошо. Следующая.

Взгляд Бруннера переместился на среднюю девушку; та была короче остальных, пополнее в окружности, ростом около пяти футов трех дюймов. Ее каштановые волосы были взбиты в короткой прическе, ноздри широкие, а грудь самая крупная из всего трио. На ней была свободная футболка и бархатные штаны в тон волосам.

— Мое имя Вики. Я выступала с сольным номером дважды в вечер в закусочной Эла, у аэропорта. Кабачок «без верха». Солидная клиентура. Я уволилась, когда один дантист, завсегдатай, принялся ухаживать за мной и сказал, что собирается жениться на мне. Я бросила кабак и жила с ним целый год, потом мы поцапались и он ушел. Я готова снова заняться моим номером. У меня «вульгарный танец живота».

— Прекрасно. Ты в форме?

Вики усмехнулась: «Судите сами, мистер Руффало».

— Обязательно, — пообещал хозяин. — Так, теперь ты, — махнул он третьей.

У девушки были роскошные рыжие волосы, спадавшие на плечи, круглое, гладкое лицо «инженю», широкие плечи и бедра, но узкая талия и длинные ноги. На ней было облегающее платье до колен и сандалеты без чулок. Она говорила с южной тягучестью, играя при этом с волосами.

— Можете звать меня Пола. Я фотомодель. Снимаюсь «голышом». Меня привлекли за «незаконное хранение», и, поскольку это было во второй раз, они ненадолго упрятали меня. Потом я решила переехать сюда. Просто стала подыскивать себе что-нибудь и подумала заняться чем-то новым.

— Сейчас ты соскочила с наркоты? — спросил Руффало.

— А вы как думали? Еще бы. Я чиста. Никогда не танцевала профессионально, но брала уроки. Танец — импровизация в стиле Айседоры Дункан. Он подчеркивает мои достоинства. Мне бы очень хотелось танцевать здесь.

Руффало, сидевший на краешке стола, поднялся.

— Ладно, пока хватит. Перейдем к наиболее важной части моего шоу. — Он взмахом руки охватил девушек. — И так, посмотрим, что у вас есть. Разденьтесь.

В дальнем уголке конторы Бруннер задохнулся и съежился на сиденье стула, украдкой поглядывая на девушек и боясь, что их смущает его присутствие. Но ни одна из них, казалось, не знала о том, что в комнате есть еще кто-то, кроме хозяина и соперниц.

Спокойно и неторопливо каждая из них разделась.

Бруннер в жизни не видел, чтобы три роскошные молодые женщины раздевались одновременно, не колеблясь и, возможно, с удовольствием. Глаза Бруннера прыгали с одной на другую, не зная на которой сосредоточиться и пытаясь ухватиться за каждую обнаженную пядь эпидермиса одновременно.

Гретхен подняла свой свитер медленно и осторожно, стараясь не помять платиновые волосы. На ней был подбитый белый лифчик, который она расстегнула и положила на диван. Груди у нее были маленькие, высокие и конические, а розовые соски крошечные и острые. Она расстегнула юбку и вышла из нее. Теперь она балансировала на одной ноге, снимая поочередно сапоги и отставляя их в сторону. Затем скрутила вниз колготки и вышла из них. Встала выпрямившись. У нее был плоский живот, рельефная грудная клетка и тонкая дорожка волос, не скрывающих линий ее вульвы.