Когда же сон меня опутал ложью,

Как малое утробное дитя,

То страх меня замучил гложью,

Моим бессилием крутя.

Сколь уязвимо тело человека,

Природным сдавшись слабостям!

Но мало ли открытий века

Открылись, сдавшись божеским властям.

Подобно им во сне я чаял

Младого мужа средних лет

И взгляд его презреньем лаял

На мой, отеческий, в ответ.

Тот сон запомнил я надолго,

Он вещим мне казался так,

И в путь отправились подолгу.

Тебя Эмпидиокл видел так:

«Был хмурен день, на солнце скуден,

А город пуст был и нелюден.

Часы за полдень превышали счёт

(Тогда не точен был учёт).

Черна одежда, скрытен лоб,

Не сводит взор с окровавленных стоп

Со старца, шедшего пред ним.

То был Сократ, придя за сим,

Нуждаясь вверить мне тебя,

Он руку протянул, любя.

Твои перста к моей руке

И, потянувшись налегке,

Ни слова так не проронив,

Исчез в эфире, тот мотив,

Что пели ангелы тогда,

Склонилось солнце в плечи гор,

Свершая церемоний хор,

Последней литургии дань

Бросая жребий на ночную брань.

О, эти впалые глаза,

А на челе печать. Слеза

Прискорбной боли об одном

Несчастном детстве и былом…»

И свет созвездия тогда

Зиял как боле никогда.

И путеводный блеск. Светило

Меня сияньем поглотило.

Бесспорно, то был добрый знак.

Я в этом лучший был мастак.

Но зрил я друга пред собой,

А перед ним стоял иной.

И цепь знакомств произрастала

От незапамятных времён —

От Врат Златых она лежала,

От той страны, не помним мы имён…

Под толщей вод и вулканами

Хранит земля её под нами.

Как непослушное дитя,

7

Миры менялись, и плеяды

Вплетались в косы неземной,

Вставая в ровные армады,

Дивясь вселенскою душой.

Так год заканчивал свой счёт,

Перебегая наперёд,

Гадал о сменщике своём,

Не раз сменялись день и ночь,

Луны ты неприкаянная дочь.

И полнолуния не раз

Встречали желтизной мой глаз.

Давно не юн, Эмпидиокл,

Ты брат и друг мне, как Патрокл.

Уже не гордость твой удел,

Во многом осознав предел,

До середины земных лет

Призвал учитель вскоре нас

И так звучал могучий глас:

«Настал тот час, ученики,

Что силам воли вопреки

Призвал я вас явиться в мир

(А голос слаще звуков лир).

Грядёт Миссия с облаков,

Неся нам истину основ.

Но где искать сей дар небес?

Не вижу боле, чёрен лес…»

Перстом своим, закрыв глаза,

Махнул учитель, и слеза

Негодованья по щеке

Его скатились налегке.

«Вам мудрость Бога на потом

Да будет указующим перстом!»

На том сомкнул уставший взгляд,