Читаем Фабрика мертвецов полностью

Зато внутри его никто не встретил: сдается, вся здешняя прислуга разбежалась по собственным делам, нимало не интересуясь вернувшимся прежде срока хозяином. Да и за хозяина господина Штольца, похоже, никто здесь и не считал. Все же слуги — ужасные снобы, всегда рады указать место тем, кого считают недостойными. Когда после смерти maman отец получил повышение, и они перебрались в Петербург, Митя начал часто гостить у Белозерских. Его отправляли в детскую к кузенам, где гувернантка и даже горничные весьма явственно показали, что «полицейского сыночка» они настоящим барчуком не считают. Далеко не сразу обнаруживший это дядюшка рвал и метал: рвал рекомендации, без которых враз уволенных девиц ни в один приличный дом не примут, а метать… метать не пришлось, увидев его закаменевшее в ярости лицо, те сами бежали из дома. Ну, так Митя же — сын настоящей Кровной Княжны, пусть сам и не Кровный, а Штольц кто? Всего лишь «немец-перец». И соответствовать даже не старается. Братец его младший так и вовсе полнейший моветон. Даже удивительно, что таких успехов смогли достичь.

Митя шел по дому, ревнивым глазом подмечая каждую деталь: стулья под аккуратными серыми чехлами с пышными бантами, старинные буфеты, бюро с гнутыми ножками — не столь изысканно и дорого, как в поместье Белозерских, но тоже весьма достойно. А ведь когда-то было еще достойнее: на старинных шелковых обоях виднелись прямоугольные пятна — наверняка раньше там висели картины, распроданные, когда имение начало разоряться. А вот охотничьи трофеи остались: видно, покупателей на головы зубров и старые волчьи шкуры не нашлось. Кипы журналов — германских и российских — наверняка самого Штольца. Новейший германский каталог паровиков Митю заинтересовал, а на агрономический журнал он скривился.

— Митя, где ты там застрял? — из приоткрытых дверей выглянул отец и тут же кивнул: — А, понятно, возле журналов я застрял тоже. Даже завидую Свенельду Карловичу: есть, что почитать по вечерам. Обязательно попросим парочку, надеюсь, господин Штольц будет так любезен…

Митя посмотрел на отца с возмущением: читают по вечерам только те, кого никуда не приглашают! Он перелистнул «Отчеты Императорской Археологической комиссии», коснулся новехонького, пахнущего типографской краской томика под названием «Киевская старина» и небрежно обронил его обратно.

— Скука какая… Я просто кабинет искал. Совершенно не у кого спросить: прислуга не балует вниманием… гостей господина Штольца, — с достоинством сообщил Митя, заходя внутрь.

Он не оглядывался, но знал, что отец у него за спиной снова осуждающе качает головой. Ну да какая разница: отец не одобрит его, что бы он ни делал. А так хоть на вспыхнувшую физиономию Ингвара можно полюбоваться.

— Может, вам в деревне поискать кого-нибудь, чтоб и на паро-коне с вами ездил? — деланно-сочувственно пробормотал Ингвар. — А то ведь заблудитесь в здешних степях… раз уж в доме сами, без прислуги, дорогу найти не можете.

И как назло, ответа, вот такого, чтоб отбрить начисто, в голову не приходило.

— Благодарю, — пришлось просто подпустить в голос холоду. — Паро-конь — слишком ценная вещь, чтоб доверять его… «кому-нибудь». Да вы и сами все понимаете… недаром на паро-телеге ездите. — И нет, не усмехаться, а лишь мазнуть взглядом, будто сомневаешься, что у собеседника хватит ума понять заключенный в словах намек.

Надо же, понял! Покраснел, кулаки стиснул… становясь невероятно, пугающе похожим на… покойного Гришку. Не того, что раззявив пасть с острыми как шилья зубами, с ревом лез на автоматон… а живого и такого же… глупого. Все на место Митю поставить пытался…

Стало как-то… неприятно. Хотя казалось бы, что Мите за дело хоть до Гришки, хоть до Ингвара… Разве что изобилие наглых выходцев из низов в здешних землях несколько раздражало.

— Ингвар великолепно починил автоматон! Почти сам, без помощи герра Лемке, — как всегда не вовремя вмешался отец. И с явным уважением поинтересовался: — Мы не слишком обременим вас, Ингвар, если при необходимости приедем за помощью?

— Вам, Аркадий Валерьянович… я всегда помогу, — тот польщенно засмущался, но на Митю посмотреть не забыл — проверил, понял ли тот, кому Ингвар помогать не собирается.

Митя деланно-равнодушно отвернулся. Автоматоны и впрямь не вечны, и механик может понадобится. Вот и с чего Ингвар на Митю обозлился? Тот же ему ничего плохого не сделал! Все подлость плебейской натуры.

— Даже если б не знал, сразу бы понял, что это кабинет вашего брата! — попытался перевести разговор отец. — На него комната похожа.

— Единственная в доме, — проворчал Митя. Пусть старший Штольц ему нравился, но он брат Ингвара — и будет страдать!

Комната и впрямь изрядно отличалась от остального дома: никаких бантов или безделушек. Только пара кресел, заваленный бумагами письменный стол, простые полки с книгами — и видно было, что книги эти достают, и весьма часто и… широкая стеклянная витрина.

— Та самая археологическая находка? — хмыкнул отец, заглядывая туда.