Читаем Еврейский синдром-3 полностью

Смерть Герцля, произошедшая еще в 1904 году, открыла Гинцбергу широкое поприще воздействия на умы своих соплеменников. Была ли эта смерть случайной или главный противник Гинцберга был пожертвован во имя торжества идей "тайного сионизма"? На этот вопрос определенного ответа дать нельзя: пока смерть Герцля остается загадкой…Восточный практический сионизм и с ним его творец - Ашер Гинцберг торжествовали победу по всему фронту…


"Бне Мойше" ("Сыны Моисея"). Ограниченные размеры нашего краткого очерка не позволяют входить в подробности образования и развития этого тайного общества, которое вначале состояло из нескольких восторженных еврейских националистов, связанных клятвой, обязывавшей их слепо исполнять приказания Ашера Гинцберга, своего фанатического вождя.


Название "Бне Мойше", по всей вероятности, появилось неспроста. Его выбор… можно объяснить тем поклонением, которое всегда воздавал Гинцберг пророку Моисею…


Этой маленькой группе "избранных" (первый состав "Бней-Моше" насчитывал семь человек - Э.Х.) Гинцберг сообщил свой план действий во имя возрождения еврейского национализма, являющегося в его программе отправным пунктом, от которого следовало идти к осуществлению еврейского идеала, г. е. к достижению мирового владычества евреев.


Статуты общества были напечатаны в 1890 году, но при этом само название общества было благоразумно опущено. Однако с 1905 года подробности организации стали известны более широким кругам ввиду расширения набора новых членов… Качества, которыми должны были обладать кандидаты как условием принятия их в общество были следующие:…знание древнееврейского языка и восприятие древнееврейской культуры, энергия и мужество, ни перед чем неостанавливающиеся. Кроме того, преданность делу еврейского национализма должна была руководить всеми действиями кандидата. В этом заключалась черта восточного иудаизма, которой определялась его резкая оппозиция по отношению к иудаизму западному, допускавшему хотя бы видимость внешней ассимиляции и даже склонность евреев к той стране, в которой они родились.


Для членов общества "Бне Мойше" Гинцберг и написал конспект своих теорий, ставший ныне известным под названием "Протоколов"…


Скрытно, без шума, но быстро общество "Бне Мойше" стало развиваться… В большом количестве городов России, Румынии, Галиции и Польши общество "Бне Мойше" основало ложи, называвшиеся "Лишкот". Их разветвления были распространены и дальше, доходили до Парижа, Берлина, Англии, Варшавы…


В 1897, после Базельского конгресса, общество "Бне Мойше" было якобы распущено и закрыто, уступив место другой организации, известной под названием "Бне Сион"…


Организация "Бне Сион" сгруппировала… все различные ложи "Ховевей-Сиона" и "Бне Мойше" и сделалась могучим лагерем, стоявшим всегда в оппозиции по отношению к "политическому" сионизму "Бнай-Брит" Европы и Америки.


Через посредство своих статей… Ашер Гинцберг находился в постоянном соприкосновении со своим народом… Были приняты все меры, чтобы в душе каждого еврея разбудить ясное сознание принадлежности его не к народу той страны, в которой он обитал, но к еврейской нации, составляющей отдельный народ, единственный, которому все евреи обязаны служить…


К этому основному положению, утверждавшему, что реально существует еврейская нация, привилось учение о том, что еврейская нация есть сверхнация, народ, избранный Богом, вознесенный чрезвычайно высоко "над всеми другими нациями…".


"Народ, представляющий собой наиболее совершенный тип человечества, должен всегда оставаться в меньшинстве и никоим образом не может разделить свои предначертания с каким-либо другим народом.


Эта нация будет владычествовать над другими.


И эта нация есть Израиль, который среди других народов есть действительно высший тип человечества.


Израиль вернет идее Добра то значение, которое она имела раньше.


Добро применяется к сверхчеловеку или к сверхнации, которая имеет силу, чтобы распространить и дополнить свою жизнь и которая имеет волю стать господином Вселенной, не считаясь с тем, чего это может стоить массам низших существ и низших народов, ни с бедствиями, которым они могут вследствие этого подвергнуться. Ибо один только сверхчеловек и одна только сверхнация есть цвет и цель человеческого рода; остальные были созданы только для того, чтобы служить этой цели, чтобы служить лестницей, по которой можно было бы подняться на заветную вершину" (Ахад Гаам. "Переоценка ценностей")…" (Л.Фрай. "Автор протоколов Ахад Гаам и сионизм").


Вместо послесловия к только что изложенной версии скажу лишь, что Ахад Гаам (он же Ашер Гинцберг) не осмелился подать на Фрай в суд, видимо, понимая, что публичное разбирательство ее выводов совершенно ни к чему. Очень показателен в этом смысле громкий скандал, разразившийся в 1922 году в Германии. Вернее, обещавший стать громким, но…


Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика