Читаем Еврейский синдром-3 полностью

…6. Протоколы не имеют ровно ничего общего с так называемой сионистской программой 1897г. [Одним из наиболее распространенных является утверждение о том, что "Протоколы" были украдены с Первого сионистского съезда, состоявшегося в 1897 году в Базеле - Э.Х.]. Они являются программой так называемого символистического, или духовного, сионизма, зиждущегося на обетованиях Моисеевой религии, в силу коих все народы земли должны будут быть объединены в Израиле. Реальный же, или политический, сионизм преследует лишь цель создания в Палестине очага для евреев. Об этой последней, созданной в Базеле в 1897г., программе в протоколах не упоминается, о ней нет там речи. Реальный сионизм под водительством Герцля стремился лишь к созданию местного иудейского государства в Палестине, являвшегося как бы первым шагом на пути к владычеству над миром; символистический же сионизм, самым выдающимся представителем коего являлся Ахад Гаам, стремился, наоборот, прямым, не отклонявшимся в сторону создания Палестинского государства, путем к мессианскому мировому господству. Оба эти направления находились в 1897г. в Базеле в резком противоречии друг к другу.

7. Относительно личности автора, как уже сказано, возможны лишь догадки. Первым долгом таковые указывают на Ахад Гаама, вождя символистического сионизма, ибо симв. сионизм преследует ту же цель, как и протоколы, - мессианское мировое государство…

…17. Я закончу достопамятными словами писателя-еврея Артура Требича, сказанными им в посвященной Протоколам книге "Deutscher Geist oder Judentum" (s.74):

"Тот, который, как автор, исполненный предчувствием давно уже высмотрел, выслушал и вычитал все в этих тайных актах высказанные мысли, цели и намерения касательно всей нашей экономической, политической и духовной жизни, может с полной уверенностью поручиться за то, что это все является самым подлинным и неподдельным выражением гибкого духа, стремящегося к господству над миром, и что это выражение является настолько подлинным и неподдельным, что арийский мозг - сколько бы его антисемитская ненависть и не толкала бы на подлоги и клевету, никогда не был бы вообще в состоянии додуматься до таких способов борьбы, до таких планов, каверзных замыслов и мошенничеств".

Сторона обвинения объявила экспертизу Флейшгауэра "антисемитским памфлетом" и потребовала запрета его опубликования, хотя по швейцарским законам, все документы, которые обсуждаются в суде, могут быть опубликованы в средствах массовой информации для их гласного обсуждения.

Судья поддержал это незаконное требование, и публикация материалов Флейшгауэра была запрещена. Кроме того, по требованию еврейских организаторов Бернского процесса судья еще раз подтвердил запрет на приглашение свидетелей со стороны ответчиков, мотивируя свое решение тем, что, мол, эти свидетели будут вести "антисемитскую пропаганду, оскорбляющую достоинство евреев".

В конце концов, вопреки установленным на суде фактам, так и не удосужившись выслушать свидетелей со стороны защиты, судья Мейер полностью согласился с фальсифицированной версией и легковесно заявил, что для себя считает доказанным, что "Протоколы" были сочинены агентами русской полиции для воздействия в определенном направлении на русского Царя.

В нарушение всех процессуальных норм Мейер выносит юридически безграмотный приговор, по которому двое защитников "Протоколов" присуждались к уплате штрафа за распространение безнравственной литературы.

По законам Швейцарии, безнравственной литературой считались порнография и эротика. Приравняв к ним "Протоколы сионских мудрецов", судья совершил сознательный юридический подлог, что позволило защитникам "Протоколов" подать кассационную жалобу в Верховный суд Берна. В ней были указаны грубые нарушения закона со стороны судьи Мейера и выдвигались требования пересмотра приговора.

Жалоба разбиралась 27 октября 1937 года под председательством главного судьи Питера, судебных заседателей - Имера и Людвига. В окончательном документе Верховный суд Берна высказался в том смысле, что вопрос подлинности или подложности "Протоколов" не имеет никакого значения для решения суда, и по существу этот вопрос не рассматривал. В своем приговоре суд лишь указал, что "доказательств тому, что протоколы действительны или поддельны, предшествующий судья первой инстанции не представил". По мнению Верховного судьи, вопрос о подлинности "Протоколов" должен рассматриваться не юридически, а научно, не в суде, а на ученом совете…

В заключение хочу сказать, что приговор, вынесенный "Протоколам сионских мудрецов" Верховным судом Берна в 1937 году, по сути, повторяет сказанное в наши дни митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом: "Здесь надо открыть целую сессию и посвятить ее рассмотрению этого вопроса…". Но, как вы помните, такой "приговор" не устроил еврейскую прессу, подтолкнувшую всех нас к "юбилейным чтениям" этого шедевра сионской мудрости.