Читаем Еврейская мудрость полностью

Тот, кто видит вместе 6 миллионов евреев, должен произнести такое благословение: Благословен ты, Господи, наш Бог, Властитель Вселенной, Мудрейший, знающий глубинные мысли каждого (то есть ценящий уникальность каждого человека).

Шульхан Арух, Ор ха-Хаим 224:5.

Этот взгляд, изложенный в Шульхан Арухе, стандартном еврейском Законе, противоположен общепринятому. Обычно большое количество собравшихся вместе людей кажется нам жуткой толпой, коллективным сумасшествием, а не множеством уникальных разумных личностей.

Талмуд учит, что в огромном собрании людей мы должны увидеть также и интеллектуальную самостоятельность каждого человека:

Разум каждого из нас отличается от всех других точно так же, как все наши лица не похожи друг на друга.

Вавилонский Талмуд, Брахот 58а

Разносторонность личности

У каждого должно быть два кармана; иногда нужно залезть в один, иногда – в другой. В одном кармане лежат слова: «Ради меня был сотворен мир», а в другом: «Я – просто прах земной».

Хасидская пословица, цит. по Мартину Буберу, «Десять колец»

Если я стану таким как он, то кто же будет таким как я?

Еврейская поговорка

Хасидский Ребе Зуша (умер в 1800 г.) говорил: «Когда я умру и предстану пред Небесным судом, меня спросят:

– Зуша, почему ты не был так же велик, как Абраhам?

И мне не будет стыдно. Я скажу, что мне не хватало ума Абраhама.

И тогда меня спросят:

– Зуша, почему ты не был так же велик, как Моисей?

– Мне не хватало его лидерских способностей.

Но когда меня спросят:

– Зуша, почему ты не был Зушей? – мне нечего будет ответить.

Хасидский ребе Менахем Мендл из Коцка (умер в 1859 г.) утверждал, что в каждом из нас горит свой собственный огонь, и мы никогда не должны изменять себе ради удовольствия собеседника:

Если Я – это Я, потому что Я – это Я, тогда Я – это Я, а Ты – это Ты.

Но если Я – это Я, потому что Ты – это Ты, а Ты – это Ты, потому что Я – это Я, тогда Я – не Я, и Ты – не Ты.

13. «Все евреи ответственны друг за друга»

Общинная ответственность

Все евреи ответственны друг за друга.

Вавилонский Талмуд, Шевуот 39а

Под этим девизом проходят сотни благотворительных акций в еврейских общинах по всему миру. Еврей действительно должен чувствовать ответственность за свой народ, и особенно за тех, кто живет рядом с ним.

На иврите «ответственность» – ha-ревим – буквально означает «поручитель» – человек, отвечающий за другого как спонсор или опекун.

Иегуда – это библейская модель «поручителя». В Египте Иосиф, не узнанный своими братьями, соглашается продать им еду, только если они приедут с младшим братом, Беньямином. Их отец, Иаков, не соглашается отпустить сына. Сначала братья согласны с отцом. Но когда голод усиливается, они решают убедить отца разрешить им забрать Беньямина. В конце концов, Иегуда говорит отцу: «Отпусти отрока со мною. Я ручаюсь за него, из моих рук потребуешь его. Если я не приведу его к тебе и не поставлю пред лицом твоим, то буду я виновным пред тобою во все дни» (Брейшит 43:8–9).

Позже Иегуда доказывает, что не бросал слов на ветер. В Египте среди вещей Беньямина находят чашу из дворца Иосифа, и Иосиф требует оставить Беньямина как раба, но позволяет уйти всем остальным братьям. Иегуда выходит вперед и просит Иосифа: «Раб твой поручился за отрока отцу своему, сказав: “Если не приведу его к тебе, то виноват буду пред отцом всю жизнь”. А теперь пусть раб твой останется рабом вместо отрока у господина моего, а отрок пусть взойдет с братьями своими» (Брейшит 44:32–33).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Этика Спинозы как метафизика морали
Этика Спинозы как метафизика морали

В своем исследовании автор доказывает, что моральная доктрина Спинозы, изложенная им в его главном сочинении «Этика», представляет собой пример соединения общефилософского взгляда на мир с детальным анализом феноменов нравственной жизни человека. Реализованный в практической философии Спинозы синтез этики и метафизики предполагает, что определяющим и превалирующим в моральном дискурсе является учение о первичных основаниях бытия. Именно метафизика выстраивает ценностную иерархию универсума и определяет его основные мировоззренческие приоритеты; она же конструирует и телеологию моральной жизни. Автор данного исследования предлагает неординарное прочтение натуралистической доктрины Спинозы, показывая, что фигурирующая здесь «естественная» установка человеческого разума всякий раз использует некоторый методологический «оператор», соответствующий тому или иному конкретному контексту. При анализе фундаментальных тем этической доктрины Спинозы автор книги вводит понятие «онтологического априори». В работе использован материал основных философских произведений Спинозы, а также подробно анализируются некоторые значимые письма великого моралиста. Она опирается на многочисленные современные исследования творческого наследия Спинозы в западной и отечественной историко-философской науке.

Аслан Гусаевич Гаджикурбанов

Философия / Образование и наука