Эбби стала медленно отстраняться. Она остановила взгляд на его промокшей от слез рубашке, а затем подняла глаза вверх. Дарен смотрел вперед. Его руки безвольно лежали внизу, а лицо, казалось, не выражало совершенно никаких эмоций. В эту минуту он вдруг стал казаться ей каким-то чужим. Отстраненным. Словно не её.

– Посмотри на меня, – прошептала она, понимая, что это её последний шанс. Он не шевельнулся, поэтому Эбби резко обхватила ладонями его лицо и развернула к себе. Его синие глаза моментально встретились с её, и она чуть не отшатнулась от той мертвенной пустоты, которую в них обнаружила. Раньше, что бы ни происходило, она могла увидеть в них Его – мужчину, которого любила и которого пыталась спасти из темноты. Но теперь… теперь она не видела ничего. – А теперь скажи.

– Что?

– Повтори то же, что и минуту назад. Только знай, что, если ты скажешь это мне в глаза, то уже ничего не сможешь изменить. – Её руки дрожали, а смотреть в эти синие глубины с каждой секундой становилось всё невыносимее. Она медленно закачала головой. – Если на этот раз ты решишь, что уходишь, я больше никогда тебя не прощу.

На последних словах её голос почти окончательно сорвался. Рефлекторно сжимая его лицо в ладонях, она надеялась, что он образумится. Молила об этом Господа. Но его глаза остались такими же: бездонно холодными, равнодушными, не родными.

– Прости, – прошептал он, и Эбигейл ощутила, как внутри что-то резко оборвалось.

Она разжала пальцы и отшатнулась, а затем вновь замотала головой.

– Нет, – не зная, как вообще сумела произнести это, Эбби открыла дверцу машины и выскочила на улицу, понимая, что нуждается в свежем воздухе.

– Эбби… – Дарен, вероятно, выбрался следом. – Пожалуйста, сядь в машину. Я не могу оставить тебя здесь. – Она прикрыла глаза и обняла себя руками. Крик, вырвавшийся из горла, превратился в короткий смешок. Стало холодно. Дико холодно. – Эбби… черт! Вернись!

Она быстро двигалась по тротуару, желая уйти как можно дальше. Если бы она могла, то растворилась бы. Исчезла. Пропала. Лишь бы не видеть сейчас Его. Не слышать. Не чувствовать… знакомая рука коснулась плеча, и она резко дернулась, оттолкнув Дарена назад.

– Не подходи ко мне.

– Послушай…

– Ты уже всё сказал, – Эбби не знала, откуда в ней появились силы говорить, ведь всё, чего она сейчас хотела, это рыдать и кричать от той боли, которую он снова ей причинил. – Или тебе этого не достаточно?

Прочитать его эмоции не удалось, да она и не очень-то и пыталась.

– Прошу… сядь в машину.

– Оставь меня.

– Не могу.

Она вновь усмехнулась; глаза защипало от подступающих слез.

– Какая ирония.

– Эбби… – он снова дотронулся до её плеча, только теперь сжал сильнее, чтобы она не смогла вырваться.

– Отпусти! Не трогай меня!

– Мисс, – твердый мужской голос, раздавшийся за спиной, заставил её замереть, – какие-то проблемы?

Двое патрульных подошли ближе, внимательно наблюдая за разворачивающейся сценой.

– Это не ваше дело, – прорычал Дарен, и Эбби поняла, что теперь он, в самом деле, перестает себя контролировать.

– Сэр, мы вынуждены просить вас отпустить девушку или нам придется применить силу.

– Не лезьте! – Заорал он, а затем оттолкнул одного из патрульных, который попытался подойти ближе. Тот мужчина был намного крупнее и, быстро отреагировав, заломал руку Дарена за спину и ловко нацепил на него наручники.

– Об остальном расскажете в участке, – разозлено ответил крупный, подталкивая его к полицейской машине.

– Вы в порядке? – Спросил второй мужчина, наверное, замечая её состояние. – Может, вас подвезти?

– Нет, – отозвалась она, – мне хочется пройтись пешком.

Эбби не стала дожидаться ответа. Она развернулась и, сделав попытку заглушить новый приступ боли, пошла прочь. Только теперь, оставшись один на один с тишиной города, она позволила диким рыданиям вырваться наружу.

Глава 18

Ненадолго задержав пальцы на холодном металле, Дарен всё же повернул ключ и неохотно толкнул дверь. Небрежно кинув связку на столик, он прошел в гостиную и не глядя щелкнул выключатель. Его квартира, еще секунду назад погруженная в непроглядную темноту, мгновенно осветилась, вынуждая свет проникнуть в каждый её уголок. Как жаль, что с человеческой душой невозможно сделать то же самое. Наверное, тогда, всё стало бы намного проще. Остановившись посреди зала, Дарен сильнее стиснул зубы и вымученно прикрыл глаза. В нем было слишком много тьмы. И с каждым днем она становилась всё больше и мощнее, заполняя собой каждую вену на теле; безжалостно убивая свет, который Она зародила своей бесконечно преданной верой. А теперь её нет. Больше нет.