Читаем «Если», 2001 № 04 полностью

ЛCOH — Лунная система оперативного надзора — владеет, управляет и присматривает за всеми сферами жизнедеятельности лунных поселений. Ее чиновники основали большие поселения на Амброзии Даун и родственных ей колониях. Но ЛСОН действует под эгидой Объединенных Наций, и в своей неизъяснимой мудрости эта августейшая организация приняла КАРС — Колонизационный акт религиозной свободы. Этот акт, в свою очередь, вынудил ЛСОН разрешить создание нескольких меньших по размеру автономных колоний, таких, как Мохаммед Даун, небольшая община, поддерживаемая суннитами, Хай Лласо, ставшая пристанищем сосланного шестнадцатого далай-ламы, внеземного убежища иезуитов, и, разумеется, Идена.

Иден Даун был выстроен членами секты лунаритов, полурадикальной ветви меннонитов, по крайней мере, на взгляд посторонних. Что-то вроде эмишей, только вооруженные высокими технологиями. Группа протестантов, отвергающих современные достижения науки и техники: телефон, радио, трактор и т. п. Целью их было славить Господа, одновременно возделывая лунную почву. Хорошие люди. Честные, трудолюбивые, довольно терпимые и по-своему жизнерадостные. И к тому же, подобно меннонитам, смирившиеся с достижениями науки, презираемыми эмишами. Но разве без этого выживешь на Луне?!

Однако они так и не смогли заставить себя смириться с этим безнадежным мутантом, вышедшим из их же среды: поклонником рока, рэпа, одержимого страстью к граффити, хулиганским проделкам и стилистическим выражениям, которые находились в прискорбном противоречии с языком консервативных лунаритов. Его богобоязненные родители Джебедия и Марта Во грозили лишить сына наследства и выгнать из дома, когда после длиннейшего списка предыдущих проступков оказалось, что лихое перепрограммирование системы поддержания жизнеобеспечения ферм-тоннелей привело к тому, что собрание женского клуба по случаю окончания жатвы превратилось в нечто вроде праздника Нептуна.

Правда, сами женщины смеялись до упаду, но мужчинам, особенно старейшинам, было не до веселья. К тому времени парень помешался на граффити. Началось с непонятных фраз и образов, подобранных из столетней антологии рок-н-ролльной поэзии и намалеванных в самых неожиданных местах поселения. Вскоре после этого такие же слова и фразы стали появляться в море пыли, окружавшей Иден. Последним достижением Тима было создание рисунка, занявшего невесть сколько квадратных километров.

На мой взгляд, парнишка создал истинный шедевр. Уж не знаю, как ему удалось воплотить в пыли обнаженный торс звезды софтпорно Филомены Сун. На левом соске красовался шпиль иденской церкви. Изображение оказалось достаточно большим, чтобы видеть его из космоса, и достаточно талантливым, чтобы попасть в выпуск глобальных новостей. Сун даже предложила дать концерт в Идене. Но, по мнению родителей и старейшин, это оказалось последней каплей. Мне пришлось арестовать его — для дальнейшей депортации.

— Послушай, — предложил я, — у меня есть знакомые в Тихо. Может, мне удастся уговорить их устроить тебя в полицейский колледж.

— Хотите, чтобы я стал копом, который целыми днями занимается тем, что перекладывает бумажки с места на место, как…

Парень осекся и виновато потупился.

— Как я? — мягко подсказал я.

Рыбак рыбака видит издалека. А неудачник — неудачника. Кто-то из миротворческого персонала ООН (должно быть, из тех, кто оправлялся в госпитале от травмы черепа) решил, что некий сержант Джон Эндрюс, ветеран с двадцатилетним сроком службы в Эймсе, Центре управления данными штата Айова — идеальный кандидат на роль действующего служителя закона в Идене. Меня срочно отправили на двухнедельные курсы повышения квалификации, программа которых включала лекции по юриспруденции, стратегии и тактике, а затем переправили на Луну. Случилось это около года назад. К сожалению, я не совсем воспринял новации, преподанные мне на этих курсах, тем более, что твердо знал: моими основными инструментами будут стол и терминал.

— Прости, Джон. Я не хотел тебя обидеть.

— Все в порядке, малыш, — кивнул я, похлопав его по плечу. — Вряд ли здесь подходящее место для нас с тобой, но, думаю, неправильно выгонять тебя отсюда.

Я встал.

— Скоро прибудет корабль миротворческого корпуса ООН, чтобы забрать заключенных и проводить тебя назад, в Тихо. Отлет в семь ноль-ноль. Дашь знать, если передумаешь насчет колледжа. Заметано?

— Лады, — угрюмо буркнул Тим.

— Пойду проведаю второго заключенного. Если что-то понадобится, крикнешь.

Мальчишка с сочувствием уставился на меня.

— Постарайся быть с ним поосторожнее, Джон.

— Даю слово, — поклялся я, толкнув незапертую дверь.

3.