Читаем Эскорт полностью

За сим появлялся нарисованный Его Величество Правитель Алаа Винтанаа, бывший космолетчик и завсегдатай тусовок полусвета. Фото– и видеодокументирование важных персон считалось постыдным, поэтому их рисовали аниматоры. Закадровый лейб-диктор описывал трапезы и досуг ЕВП, школьные успехи его деток, наряды его супруги. Под занавес патриотам предлагалось купить новый альбом о жизни монарха. Дворцовая типография Дома Гилаут безмерно наживалась на приезжих, из любопытства и в сувенирных целях скупавших открытки, альбомы, значки и плакаты с ЕВП и его семейством. Форт замечал лики ЕВП даже на наручных часах и бюварах. Такой бы пиар любому Президенту Федерации – он бы переизбирался, пока не развалится.

Заставка перед Сато обошлась без гимна, но свой образ комиссар оцифровал и подал как анимацию. Он был так вылизан и гладок, что у Форта критически упала информационная насыщенность зрения – глазам не за что было цепляться, взгляд соскальзывал, и подкрадывалась скука.

– Счастлив вновь увидеть вас, капитан Кермак.

Еще раз лицезреть артона Сато не надеялся. Письмо с перечислением мелких неисправностей на лихтере он даже читать не стал – пусть Кермак пожинает урожай своей судьбы, отягощенной нетерпимостью. Но артон упрямо добивался разговора! Он получит разговор.

– Что заставило вас выйти на прямую связь в режиме диалога? Причина должна быть весомой, иначе расходы за сеанс возлягут на вас.

– Здравствуйте, комиссар. Докладываю – на судне произошел ряд новых аварий. Взрыв в двигательном отсеке 4; Д4 вышел из строя. Есть признаки утечки из тороидальной батареи 3. Появились автономные плазмоиды, угрожающие кораблю и жизни экипажа; в частности, они создали перебой связи с машинным отделением. В сложившейся ситуации я намерен принять меры по спасению корабля и команды – затормозить судно и вернуться на «Скайленд», а если обстановка станет неуправляемой – покинуть корабль в дрейфе с отключенными движками и возвратиться на челноке.

Гипсовое лицо Сато осталось бесстрастным, только ресницы мерно вздрагивали и красиво шевелились губы:

– Вы обращаетесь не по адресу. С такими вопросами следует адресоваться в отделение транспортно-космического управления. Прискорбно, что вы не осведомлены о существующей субординации. Но я правомочен ответить вам, так как в любом случае ответ транспортников пойдет через меня. Ответ – нет.

– А яснее?

– Кажется, яснее некуда. Я запрещаю вам прерывать рейс, возвращаться и оставлять корабль. Продолжайте полет.

– Мне напомнить список аварий? Показать плазмоиды на экране?

– Излишне. Я вам верю.

– Хорошо. Я известил вас и теперь буду действовать по шкиперскому праву. Я отвечаю за людей и судно, и что мне делать, решаю сам.

– Нет, – тем же бархатным, почти ласковым голосом возразил Сато. – Поскольку за связь платите вы – а это несомненно, так как повод не стоит соединения on-line, – я выскажусь подробней. «Сервитер Бонд» принадлежит правительству Федерации и с момента покупки приписан к «Скайленду-4». Вы не собственник судна, и поэтому шкиперское право на вас в полной мере не распространяется. Вы наемный контуанец, — подчеркнул он почти по слогам, – иностранный подданный. Не так ли?.. Далее – вы наняты в момент чрезвычайной ситуации, которая на «Скайленде» продлится весь период карантина; «чрезвычайка» распространяется и на вас по факту приписки судна, а она предусматривает полное подчинение распоряжениям администрации, с которой вы подписали контракт. Пункт 7-16 параграфа 208 Правил космических сообщений; текст в памяти БЭМа, извольте убедиться. Но это не главное. У вас на борту плазмоиды. Пока это так, вы не имеете права подходить ни к какому объекту, даже необитаемому.

– Положим, так – но покинуть судно мы можем.

– Нет. Разве я неясно выразился? Я запретил вам. До тех пор, пока судно управляемо и на ходу, – полет должен продолжаться. Пункт назначения вам известен – вот и следуйте своим курсом. В случае самовольного оставления судна ваши действия будут тщательнейшим образом расследованы. Упаси вас бог нарушить хоть что-нибудь из правил, которые я назвал. С учетом «чрезвычайки», фэл и плазмоидов суд накрутит наказание по максимуму. Долгие каторжные работы вам обеспечены, будьте уверены.

«Только вернись живым, – сладко думал Сато, стараясь найти на непроницаемом лице артона хоть след, хоть тень эмоций, – я тебе так припомню твое «побелки много», что до смерти икать будешь».

– Есть вариант – вызвать спасателей, – артон не сдавался, даже придавленный грудой неотразимых аргументов.

– …чтобы они доложили, что судно цело и исправно, а вы с него дезертируете, – перекрыл Сато и эту лазейку. – И спасательную операцию оплачивать придется вам. Вы богаты?

– Еще вопрос, – артон сидел железно, как отлитый вместе с креслом. Сато даже залюбовался его выдержкой. – Багаж Кэна Мерфанда. Вы его досматривали. Что в нем?

– Я? Досматривал? – брови Сато поднялись. – С чего вы взяли?

– Багаж опечатан на «Скайленде».