Читаем Эмигрантское чтиво (СИ) полностью

Я начала бегать по утрам. Занятия спортом на природе помогают лучше понять саму себя. Бегаю ранним утром, когда город еще тих и полон надежд, которые дарит начавшийся день. Потом полчаса медитирую и позволяю своему сознанию путешествовать очень далеко. Медитация — удивительное состояние, она даёт новые ощущения и пробуждает скрытую силу, которая позволяет открыться миру и почувствовать его неисчерпаемую энергию.

И вот одним утром, когда собралась на очередную пробежку, как только вышла из квартиры, почувствовала особую энергетическую волну. Будто со мной рядом кто-то был. Или за мной наблюдали. Не знала, что подумать, и приписала чувство своей паранойе о депортации. Решила пойти в кафе, находящееся прямо в парке. Я всегда ношу банкноту в пять фунтов стерлингов внутри телефона. Как рада, что у меня была с собой эта банкнота. Заказала большую чашку латте и села наблюдать за спешащими куда-то людьми. Их суета так мало значила по сравнению со спокойствием деревьев, неба и воздуха. Пролистала несколько журналов моды. Думала, что будет чувство сожаления или грусти от того, что больше не являюсь частью гламурного мира. К моему удивлению, ничего кроме смеха вся эта морока о том, что сейчас модно носить, у меня не вызвала. Попыталась найти моделей, с которыми лично знакома, но все лица в журнале были для меня новыми. Мир моды изменчив! Можно быть гвоздем сезона, когда все только о тебе и говорят, а в следующем сезоне тебя забудут. Заметила, какие отрешённые и холодные выражения лиц у моделей. Возможно, в этом и заключается игра в демонстрацию желанных вещей? Чтобы изобразить из себя инопланетянина, на которого все пялятся, думая, что и у них появятся потусторонние силы, если купят такое же модное платье.

Вдруг я подняла голову — показалось, что кто-то позвал меня по имени. Увидела Дон Жуана, стоящего у входа в кафе. Он говорил по мобильному, знаешь, этот его фирменный знак. Я почувствовала, как ноги становятся ватными, и мне ничего не оставалось, как продолжать сидеть на стуле, попивая латте. Попробовала выглядеть как можно более невозмутимо.

Дон Жуан кивнул и подошел к моему столу, всё еще продолжая разговаривать по телефону. Он сел напротив, попрощавшись с собеседником на другом конце линии. После чего уставился на меня. Казалось, прошло несколько столетий, пока он наконец начал говорить.

— Я надеялся тебя здесь встретить, — раздался его глубокий голос.

— Интересно. У тебя в планах очередное похищение? — спросила я без тени горечи.

— Кхе-кхе, нет, — ответил Дон Жуан. Он ещё раз посмотрел на меня своими глубокими темными глазами. — Ты изменилась. В хорошем смысле. У тебя теперь более утонченный вид.

— Достаточно обо мне. Что заставило тебя прийти сюда? — Я решила, что наверное Мартин из Министерства внутренних дел рассказал Дон Жуану обо мне. Но ошиблась.

В нескольких словах Дон Жуан объяснил, что искал меня и приезжал на улицу, где находилась моя квартира, долго сидел в машине, надеясь меня увидеть.

— Чем же заслужила такое внимание? — спросила я с издевкой.

Он ничего не ответил. Поднялся, чтобы заказать себе что-то выпить и спросил, хочу ли я чего-нибудь. Сначала я отказалась, но потом решила взять круассан с шоколадно-ореховым пралине. Просто необходимо было съесть что-то сладкое, чтобы набраться сил. Чувствовала, будто тону, помнишь то ощущение, о котором писала в прошлых письмах, — погружение в мягкую влажную клейкую траву, в которой теряюсь, каждый раз, когда он рядом.

Мы некоторое время сидели молча, пока он пил свой напиток, а я жевала круассан, будто в этом круассане спрятан секрет всей моей жизни. Дон Жуан ни о чём не спрашивал, но в этом молчании, в этих интимных минутах тишины, было гораздо больше смысла, чем в словах.

Я не хотела задавать ему вопросы о его жизни. Если бы проявила к нему интерес, он мог бы подумать, что я до сих считаю, что он чем-то мне обязан, а у меня больше не было таких мыслей. Я освободила свои мозги от него, больше не было никаких ожиданий, вот только сердце всё еще настойчиво держало его внутри. Говорю же, во всем виноват Иисус.

— Хотел сказать, — начал Дон Жуан после того, как пролетело несколько столетий, — что меня пригласили на показ свадебных платьев от кутюр. Шоу организует один из самых богатых людей в городе. Подумал о тебе. Может, сможешь подработать для них моделью? Они хорошо тебе заплатят.

Это было очевидным доказательством того, как иронична наша жизнь. Дон Жуан приглашает меня надеть перед ним подвенечное платье. У Бога отличное чувство юмора.

Мне не помешают деньги, что думаешь? Однако сама идея того, что я снова должна испытать на себе мечту о подиуме и демонстрировать себя, наполнила меня ужасом. И хуже всего, что именно Дон Жуан всё для меня организовывал.

Я обдумывала выпить ли остатки моего холодного кофе, как вдруг Дон Жуан сказал:

— Может, сможешь найти для себя что-то подходящее, я имею в виду свадебное платье?