Читаем Ельцын в Аду полностью

- Точно такие же порядки царили в наших концентрационных лагерях! - подал голос Гитлер. - Там немцы-уголовники притесняли остальной спецконтингент, получая дополнительное питание и другие поблажки.

- Ничего нового ты, бесноватый фюрер, не изобрел! - воспользовался возможностью принизить достижения своего заклятого врага Сталин. - Урок против других зэков, особенно политических, использовали еще в царской России. Но в массовых масштабах воровское движение в зонах первым устроил я. В концлагерях уголовников убеждали: «Вы хоть и временно изолированные, но члены общества, вы остались патриотами, строителями социализма. Вам с врагами народа не по пути. Чем больше их сдохнет здесь, за проволокой, тем лучше для государства». И криминальные элементы нас слушали! Инженеров, учителей, ученых, студентов урки — вместе с охранниками! - морили голодом, резали с особым удовольствием. Сотни тысяч латышей, эстонцев, литовцев, поляков, молдаван, украинцев, цыган, корейцев, чечен, евреев, спасшихся от фашистов, гибли ежегодно в ГУЛАГе вместе с пережившими войну германскими солдатами и немцами Поволжья. Смерть инородцам и иноверцам! Смерть интеллигентам! Смерть фраерам! Смерть фашистам! Лозунги смешались с кличем блатных, с воплями религиозных фанатиков и расистов. Учитесь, Гитлерюга и ты, ренегат Ельцин: вот как надо работать!

- А жулики что предпринимают по сему поводу? - гид продолжал допрашивать своего подопечного.

- Да ничего серьезного воры в красных колониях сотворить не могут! Пробовали присылать туда своих смотрящих. Тех избивали до увечий, а если не успокаивались — опускали.

«Первому имморалисту» надоела обычная уголовщина. И он попытался перейти к более высоким материям:

- Борис, а как в твоей зоне насчет религии?

- Как и на земле! Молись на здоровье, ходи в церковь, сколько влезет. Водолазы (попы) имеются. Не советую только вступать в так называемую общину, созданную с помощью администрации. Среди них много приспособленцев: педофилов, убийц, обиженных. Эти, типа, верующие просто желают выделиться — блеснуть чешуей. Прочитав по слогам часть Евангелия, пристают к народу и «проповедывают слово Божие» (на самом деле вколачивают баки - несут бред и ахинею). Утверждают, что приобщают осужденных к православию, хотя на самом деле агольчают (мешают) уверовать.

- А есть ли за решеткой истинно верующие?

Отозвался издалека Дьявол:

- Как и в ельцинской «православной» России, их фактически не более пяти процентов. Я не видел, чтобы в Пасху после слов «Христос воскрес» кто-то попытался троекратно расцеловаться. И ладно бы с петухом, так и с мужиком стесняются. Вот и получается, что христианство практикуют в пекле по уголовным понятиям, с оглядкой на братву.

Кстати, зэки очень суеверны и верят в приметы. Например, нельзя свистеть — денег не будет. Идиоты! Свисти не свисти в пекле — денег все равно не будет! Как и при живом Ельцине, если ты не чиновник, бандит или олигарх!

Ну, блудни, что впали в распятие (переживаете)? Чего заткнулись?! Почему я наблюдаю наличие отсутствия улыбок на ваших мордах? Если на земле только и слышишь “ха-ха, хи-хи” и высказывания, полные юмора, то в моем хозяйстве все (за редким исключением) вечно на “гуммозе” (грустные).

- А о чем можно говорить в таких в буквальном смысле слова инфернальных условиях, Ваше адское величество? - не утерпел Ницше.

- Не скажи, Философ! Находят темы! Кисляк сман...ячат (сделают кислую мину) – и давай вести умные разговоры (по их разумению, умные) о политике. Еще любят про понятия чесать - то не катит, это в падлу. Особенно преуспевают в таких речах помоечники. У кого-то на религии крыша съехала, у других – на колдовстве или рациональном питании. От дегенерата, пившего при жизни денатурат и барбитуру, как-то услышал: “Соль есть вредно!”

А то мода пошла в побеги уходить. Никто, правда, так и не убежал, но много раз пытались. То вскарабкаются на забор и в колючей проволоке с путанкой застрянут. То по доске через запретку пробуют перелезть – вниз сверзятся. Забавно!

А вообще что-то скучно тут у вас. Дэпан, устрой-ка им настоящий, а не поверхностный шмон. Во все дырки загляни, ха-ха-ха!

И с сатанинским хохотом Дьявол исчез. Бес-искуситель радостно потер лапы:

- Слышали, что Хозяин приказал?! Щас посмотрим, что там у вас внутри!

- Говно у них внутри, - подал реплику Ельцин, - до самого верха, оттого у всех них глаза только коричневого цвета!

- Это правда, некрестник, - согласился бес-оперативник. - Но для кого какашки, а для кого – вещь! Знаешь ведь, как система ценностей в твоей земной зоне изменилась. Что было достоянием, стало дерьмом. И – наоборот!

- Сатана заявил, что у вас скучно, - спросил его Ницше. - Это соответствует действительности?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное
Граждане
Граждане

Роман польского писателя Казимежа Брандыса «Граждане» (1954) рассказывает о социалистическом строительстве в Польше. Показывая, как в условиях народно-демократической Польши формируется социалистическое сознание людей, какая ведется борьба за нового человека, Казимеж Брандыс подчеркивает повсеместный, всеобъемлющий характер этой борьбы.В романе создана широкая, многоплановая картина новой Польши. События, описанные Брандысом, происходят на самых различных участках хозяйственной и культурной жизни. Сюжетную основу произведения составляют и история жилищного строительства в одном из районов Варшавы, и работа одной из варшавских газет, и затронутые по ходу действия события на заводе «Искра», и жизнь коллектива варшавской школы, и личные взаимоотношения героев.

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Казимеж Брандыс

Проза / Роман, повесть / Юмор / Юмористическая проза / Роман