Читаем Элис (СИ) полностью

Парень достал оружие, напоминавшее чёрный пистолет. Сверкнул тонкий красный луч. Крепления железной оконной рамы зашипели, разбрасывая искры. Резкий рывок -- и решётка вывалилась наружу.

Элис взобралась на подоконник аккуратно, не прикасаясь к тлеющим участкам, и спрыгнула на бетонное покрытие тротуара.

-- Скорее, Джим! -- Майкл выглядел немного старше. Смуглый, с вьющимися чёрными волосами. Такая же поношенная тёмно-серая куртка с капюшоном, как и у его друга, брюки и стоптанные туфли. -- Парализующее поле продержится недолго!

Девушка и её освободители поспешили к флайеру, стоявшему на бетонной дороге. Рядом с каплевидным летательным аппаратом застыли фигуры патрульных, тех самых недобрых женщин. Каждую окутывал полупрозрачный синий ореол силового поля, застигнувшего охранниц, очевидно, на ходу.

Беглецы устроились на широких чёрных сиденьях, усадив Элис посередине. Майкл занял место пилота. Джим держал наготове оружие, настороженно вглядываясь в сгущавшийся сумрак.

Флайер с лёгким гулом поднялся в воздух и поплыл прочь от космопорта. Высокие трубы фабрик, громадные ангары и заводские строения, однообразные коробки многоэтажных домов. Ни проблеска света, ни движения, ни людей, ни транспорта.

-- Мы видели твою посадку, -- заговорил Майкл. -- Как тебя зовут?

-- Элис.

Парни изумлённо переглянулись.

-- Хорошо, что мы тебя вытащили, -- продолжил Майкл после паузы. -- У Каменщиков к этому имени особое отношение... Не поздоровилось бы...

-- Ты посланница Звёздного Фрегата? -- в голосе Джима прозвучала робкая надежда.

-- О чём вы? -- судя по интонации, девушка ещё не устала удивляться. -- Что у вас тут творится?

-- Сумасшествие, -- ответил Джим невесело. -- Гибель колонии.

-- Дальше пешком! -- объявил Майкл, снижая флайер к плоской крыше длинного строения. -- Иначе выследят по сигналу радиомаяка. Прыгаем на ходу!

Первым соскочил Джим, продемонстрировав изрядную ловкость. Элис тоже удержалась на ногах, подошвы её светлых пилотских ботинок не заскользили на чёрном покрытии. Майкл задержался на пару секунд, нажимая кнопки на пульте. Опустевший аппарат продолжил полёт, набрав прежнюю высоту.

Резкий, неприветливый ветер, спуск по гигантскому зигзагу пожарной лестницы, негромкий скрежет шатких пролётов. Безжизненный грунт без единой травинки, потрескавшийся бетон дорог, силуэты домов на фоне темневшего неба.

Майкл и Джим повели девушку по заброшенному городу. Из-за туч показалась луна, яркий лазурный шар, занимавший чуть ли не четверть неба.

-- Патруль! -- Майкл остановился, прислушиваясь. -- Элис ищут! Прячемся!

Они побежали к зданию с прозрачными стенами, напоминавшему супермаркет. Осколки разбитой входной двери на ступеньках, просторный холл, неподвижный эскалатор. Широкие колонны из полированного гранита, за которыми можно было спрятаться.

Над улицей появился флайер. К шуму ветра добавился сиплый гул двигателя, голос механического ночного хищника. Плексиглас кабины зловеще блестел в лунном свете, усиливая жуткое впечатление.

-- Ну и слух у тебя, Майкл! -- Джим снова достал своё оружие и украдкой выглянул и-за колонны, но отпрянул, когда аппарат вспыхнул ярким лучом прожектора.

Машина медленно проплыла над дорогой и скрылась из виду, погасив свет.

-- Надо спешить, пока наша гостья совсем не замёрзла, -- Майкл зашагал к выходу, надевая капюшон. -- Уже недалеко.

Небольшая площадь со скульптурой на постаменте, крылатой женщиной в тунике. Сетчатая ограда вдоль дороги, широкий мост над руслом высохшей реки. Полуразрушенная балюстрада набережной. Две фабричные трубы, ангары с покатыми крышами.

Один из таких ангаров оказался целью беглецов. Майкл клацнул замком металлической двери, проскользнул внутрь и жестом пригласил Элис следовать за ним. Джим задержался у входа, внимательно посмотрев по сторонам.

У начала железной лестницы горела свеча в стеклянной банке, освещая ступени. Элис вместе со своими освободителями поднялась на верхний ярус, ограждённый перилами. Ещё несколько свечей стояли на широком тёмном столе, позволяя разглядеть деревянные ящики, служившие табуретами, двери комнат, серые стены и чёрный рифлёный пол.

-- Знакомьтесь, -- обратился Майкл к двум девушкам лет пятнадцати, вышедшим навстречу, -- это Элис.

-- Здравствуй! -- приветливо произнесла круглолицая черноглазая брюнетка в синих брюках и свитере. -- Меня зовут Лилия.

-- А я Бетти! -- представилась худая высокая блондинка с длинными волосами, перевязанными лазурной лентой. Брюки у неё были голубыми, а куртка мягко переливалась сиреневыми и лиловыми оттенками. -- Это ты сегодня прилетела? Откуда? Издалека?

-- Элис нужно немедленно переодеть! -- Майкл прервал расспросы. -- Пилотский комбинезон спрячьте подальше!

-- Что с ужином? -- поинтересовался Джим.

-- Ну вы уж как-нибудь сами приготовьте! -- ответила Бетти. -- Мы идём подбирать одежду!


* * *

Жестяные банки и кружки, ложки на погнутой алюминиевой тарелке, свечи, древний медный самовар, выдыхавший струйки пара.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Разум
Разум

Рудольф Слобода — известный словацкий прозаик среднего поколения — тяготеет к анализу сложных, порой противоречивых состояний человеческого духа, внутренней жизни героев, меры их ответственности за свои поступки перед собой, своей совестью и окружающим миром. В этом смысле его писательская манера в чем-то сродни художественной манере Марселя Пруста.Герой его романа — сценарист одной из братиславских студий — переживает трудный период: недавняя смерть близкого ему по духу отца, запутанные отношения с женой, с коллегами, творческий кризис, мучительные раздумья о смысле жизни и общественной значимости своей работы.

Илья Леонидович Котов , Станислав Лем , Рудольф Слобода , Дэниэл Дж. Сигел , Константин Сергеевич Соловьев

Публицистика / Самиздат, сетевая литература / Разное / Зарубежная психология / Без Жанра
Из дома
Из дома

Жила-была в Виркино, что под Гатчиной, финская девочка Мирья. Жили-были ее мама и папа, брат Ройне, тетя Айно, ее бабушки, дедушки, их соседи и знакомые… А еще жил-был товарищ Сталин и жили-были те, кто подписывал приговоры без права переписки. Жила-была огромная страна Россия и маленькая страна Ингерманландия, жили-были русские и финны. Чувствует ли маленькая Мирья, вглядываясь в лица своих родителей, что она видит их в последний раз и что ей предстоит вырасти в мире, живущем страхом, пыткой, войной и смертью? Фашистское вторжение, депортация в Финляндию, обманутые надежды обрести вторую, а потом и первую родину, «волчий билет» и немедленная ссылка, переезд в израненную послевоенной оккупацией Эстонию, взросление в Вильянди и первая любовь… Автобиографическая повесть Ирьи Хиива, почти документальная по точности и полноте описания жуткой и притягательной повседневности, — бесценное свидетельство и одновременно глубокое и исполненное боли исследование человеческого духа, ведомого исцеляющей силой Культуры и не отступающего перед жестокой и разрушительной силой Истории. Для широкого круга читателей.

Ирья Хиива

Разное / Без Жанра