Читаем Элементали. Вода (СИ) полностью

- Прости милая, но вначале им нужно помочь.

- Я могу. - уверенная и на лицо спокойная малышка попросту огибает меня и продолжает движение к братьям.

- Мария, детка, им потребуется время на то, чтобы восстановиться. Моя магия бессильна сейчас. - взывает к голосу разума Мальпе.

Девочка спокойна. Она отодвигает руки Мальпе и садится между своих братьев. Они еле дышат. И позвать врача мы не можем. Худшее, что сейчас может случиться - дыхание этих двоих остановится прямо на глазах и младшей сестры.

- Ты уверена? - из-за моего плеча раздается голос женщины. Мать малышки знает больше, чем все мы и это очевидно. Мария не отвечает. Ее крохотные ладошки опускаются на плечи братьев. Я уже видел, как исчезают синяки и царапины от магии русалок, но сейчас все происходит иначе. Раны с уже свернувшейся кровью, вначале вновь открываются, затем одна за другой словно закрываются новым слоем кожи. Синяки словно тоже проходят этот же путь. Они вначале становятся ярче, краснее и синее, лишь затем пропадают. Глядя на то, как кровоподтеки возвращают кровь туда, откуда она взялась, я начинаю понимать, что происходит. Девочка не лечит их тела. Она повернула время вспять. Для нее это тоже не проходит бессмертно. Минута подобного волшебства обходится ей в пару лет собственной жизни. Мать останавливает ее еще до того, как она излечивает братьев полностью.

- Достаточно. Тебе сейчас около 16. Возраст соответствует биологическому.

- Но я могу излечить их полностью! Еще так много изменений в районе ног!

- Ты исправила внутренние повреждения?

Мария утвердительно кивает головой.

- А значит, они будут жить. Не торопись взрослеть, милая.

- Но мама!

- Просто позволь их организмам бороться.

Ох, как много сейчас происходит на берегу! Двое охранников, которые уже смирились со своими обретенными ногами, заметили предателя - Тифонаса, и прожигают в нем дыры своими суровыми взглядами. Ему не поздоровится, если они вернут себе силы. Но он, похоже, сейчас не способен думать ни о чем. Он не замечает мстительных поглядываний, не замечает пострадавших, которых только что помогал спасать, не замечает даже того, что он, наконец, вышел на поверхность. Его взор прикован к Марии. И я не думаю, что он уставился так на нее только из-за того, что она оказалась магом, управляющим временем. У него на лице написано восхищение. Да что с этим островом? Тут что, все влюбляются? С ума сойти!

- Тифонас? - окликает замечтавшегося тритона один из тех, кого коснулась антимагия.

- Да, отец? - значит один из них и есть Ироас. Мужчина средних лет с точеными чертами лица. Я видел относительно много русалок и тритонов, но ни разу не замечал в них какого-то изъяна. Красивые, сильные, стройные и обладающие магией. Это людям стоило бы их избегать и прятаться. Мы рядом с ундинами как провинциалы рядом со столичными жителями. Куда проще и незамысловатей. Дальнейшего их разговора я так и не слышу.

- Ого, сколько вас тут! - Иара привела Джо, Тину и Энди. Кристина раздает всем незнакомцам на пляже контейнеры с линзами, чем крайне удивляет Ироаса.

- Что это?

Кристина, вначале не заглядывающая им в глаза и уверенная в том, что все идет по плану, отскакивает назад.

- Кто это? - вскидывает она брови и оборачивается ко мне.

- Все пошло не по плану... Я вынужден был их обезвредить антимагией, чтобы достать тех двоих из темниц. - братьев уже перенесли в тень, там они лежат недвижимо. Нам остается только довериться их желанию жить, помочь им мы не в состоянии.

- И почему ты не бросил нас там? - Ироас оглядывается беглецов. - Я не понимаю. Ты мог убить нас. Тебе нужны пленные? Тифонас согласился быть твоим шпионом? Чего ты хочешь от нас?

Эпикалипс морского владыки считает меня главнокомандующим всех этих действий. Это, несомненно, приятно, хотя и шокирует. Я все еще не освоился до конца со званием Фреска Ревма. Я привык отвечать лишь за себя. Толпа ундин на побережье итак создает массу проблем, а теперь, когда у нас есть не ограниченные ничем, кроме отсутствия волшебства, пленные, я совершенно теряюсь.

- Хочу, чтобы вы позволили им, - указываю на Марию и ее семью, - остаться на суше. И остальным ундинам самостоятельно выбирать место для жизни.

- Не понимаю.