Город построен удивительно логично. Путь до темниц практически не виден с заполненных ундинами тропок и проулков. Видимо для того, чтобы народ меньше сплетничал о тех, кто уже никогда не вернется оттуда. Я плыву почти без опаски. Вода слушается меня, на руке совсем немного пульсирует татуировка, усиляющая мою магию. Я стараюсь не отвлекаться, но удается мне это слишком слабо. То и дело я оглядываюсь назад. Туда, где осталась Мальпе. Удастся ли им бежать незамеченными? Если шпионы так хороши, как она описывает, то она сейчас в большой опасности. И я оставил ее. Не подходящее время для мук совести, Вик. Самое плохое из всех возможных. Но что поделать, очевидно, я не могу этим управлять. Я действительно оставил ее ради незнакомых мне тритонов. И я хотел убить ее отца втайне от нее. И да, я лгу ей уже не в первый раз. И я решил убить нескольких катаскопов исподтишка, только чтобы добиться того исхода, который считаю верным. Кошки на душе скребутся. Вот уж герой так герой. Я стал похож на Айка.

Теперь я бегу не только от прощаний, но и от своих мыслей. На входе, который я замечаю издали, стоит два тритона. Недвижно, почти не моргая, они несут свой пост. Хорошо, что я все время передвигался по тени. Ныряю в один из тесных проходов между постройками. Всего пару миллилитров шприца, а какая мощь у меня в руках. Мальпе и подумать не могла, что я спланировал что-то столь ужасное и разрушающее. Всего одно касание. И будем надеяться, что они оклемаются. Вилия же смогла. А тут два огромных мужика с хвостами. Они-то точно выкарабкаются.

Одна капля и тихая, небыстрая струя воды. Маленькая черная капля ползет в тени совершенно незаметно. Все ближе и ближе к охране темниц. Пока, наконец, не опускается на кончик хвоста одного из них. Он начинает оглядываться по сторонам, крутить головой, хватать ртом воздух, которого тут нет. Я нахожусь не слишком далеко и вижу, как чернеют его зрачки, как хвост заменяется на пару ног. Капля отскакивает на тело второго, который бросился к другу, желая помочь. И снова та же картина. Два обычных человека тонут у меня на глазах. Я убиваю их. Я... закрываю иглу колпачком и быстро формирую капсулу вокруг этих двоих. Я не убийца. Нет. Они лежат на дне капсулы и еле дышат. Но все же дышат. И я могу взять их внутрь подземелья. Попробовать воздействовать на охранников внутри шантажом и угрозами. Но этим двоим сейчас нужна помощь. Потоком воды отталкиваю капсулу наверх. Они будут на берегу, там, где нас ожидает Вилия, через три минуты. Она придумает, как им помочь. А я должен плыть дальше.

Глава 17

В подводной тюрьме пусто. Должно быть, большая часть охраны сопровождает Посейдона или рыщет по дну в поисках его нерадивой дочки. Если малышка права и в живых заключенные остаются недолго, то толпа катаскопов тут была бы лишней.

Удивительно, как они только успевают все это построить? Подземелье состоит не из кораллов. Это настоящий подвал из камня, глины и песка. Никаких следов разрушения или заброшенности. Лампы горят тут на каждом углу, спрятаться негде. Будь я на поверхности, я бы старался идти как можно тише, но тут отзвука шагов можно не опасаться, зато приходится контролировать, чтобы скорость потока не нарушала общее движение воды. Капля, едва не убившая тех двоих на входе, теперь на расстоянии пары метров плывет впереди меня.

- Стой на месте! - несмотря на все мои предосторожности меня заметили раньше, чем я успел среагировать на движение кого-то за углом.

- Стою. - только и нахожу я, что ответить. - Покажись, хотя бы. - добавляю, немного замявшись. Сложно воевать с тем, кого даже не видишь. Я даже свой небольшой боевой секрет не могу направить к нему с уверенностью, что он не будет обращен ко мне обратно, пока я пытаюсь зацепить противника.

- Убери антимагию.

Надо же, заметил. Действительно шустрый и внимательный, интересно, насколько сильный?

- И все же покажись. - оборачиваю каплю антимагии в слой льда. Тут же ее покрывает второй слой, созданный уже с помощью чужого волшебства. Умно, ничего не скажешь. Теперь не только он, но и я не смогу ее использовать. Вглядываюсь в дверной проем, который скрывает охранника. Чего он ждет? Если они настолько могучи, как описывали Мальпе и Вилия, то почему он медлит? Почему не нападает? Делаю шаг вперед и вижу мальчишку лет семнадцати. Он смотрит на меня как побитая собака. Шея напряжена, словно хочет спрятать голову в шею, но не выходит. Руки сжаты на копье до побелевших пальцев. Не похоже все это на опытного война.

- Ты... человек! - да он, похоже, от шока вот-вот в обморок свалится. Глаза распахнуты так, что видна вся иссиня-черная радужка вокруг белоснежного зрачка. Понятно, почему он тут. У него волшебства не меньше, чем у самой дочери Посейдона. Что же будет, когда он вырастет? И много ли их тут таких еще?

- А, ты тритон. - Господи, что же я несу? Почему в такие моменты меня тянет на глупости?