Читаем Элантрис полностью

Сарин поразили его подсчеты, но остальная семья не обратила внимания, так что принцесса тоже сделала вид, что ничего не слышит.

– Правда очень вкусно, дядя. Я никогда не думала, что ты умеешь готовить.

– Мне всегда нравилось готовить. – Киин наконец уселся на свое место. – Я бы с удовольствием угостил тебя чем-нибудь, когда навещал в Теоде, но повариха твоей матери свято верила, что членам королевской семьи нечего делать на кухне. Я пытался ей объяснить, что в некотором роде кухня принадлежит мне, но она все равно не позволила мне там появляться.

– Она оказала нам всем медвежью услугу, – ответила Сарин. – А здесь ты все время готовишь?

Киин покачал головой:

– К счастью, нет. Даора сама прекрасный кулинар.

Принцесса удивленно заморгала:

– То есть вы не держите повара?

Киин и его жена одновременно замотали головой.

– Наш повар – папа, – поддержала их Кэйс.

– И у вас нет слуг или дворецкого? – поразилась Сарин.

Она решила, что за столом никто не прислуживает, потому что Киин хочет провести встречу в семейной обстановке.

– Никого, – ответил Киин.

– Но почему?

Он посмотрел на жену, перевел взгляд на Сарин:

– Ты знаешь, что произошло в Каи десять лет назад?

– Реод? – догадалась принцесса. – Элантрийская кара?

– Правильно. А ты знаешь, что это значит?

Сарин ненадолго задумалась и чуть пожала плечами:

– Конец элантрийцев.

Киин кивнул:

– Ты, наверное, никогда не встречала былых элантрийцев; когда случился реод, ты была еще совсем юной. Трудно объяснить, как сильно изменился после катастрофы Арелон. Элантрис был самым прекрасным городом мира – и поверь мне, я побывал везде. Город сверкал светящимися камнями и роскошными металлами, а его жители казались изваянными из драгоценных материалов статуями. И вдруг они пали.

– Да, я это изучала, – кивнула Сарин. – Их кожа стала темной, покрылась черными пятнами, волосы начали выпадать…

– Ты читала о них в книгах, – ответил Киин. – Но тебя не было здесь, когда происходил реод. Ты не можешь представить себе ужас, когда на твоих глазах боги обращаются в жалкие развалины. Их падение погубило арелонское правительство, ввергло страну в хаос. – Он помолчал, потом продолжил: – Мятеж подняли слуги. В тот самый день, когда с их хозяевами случилось несчастье, слуги обернулись против них. Некоторые – в основном арелонская знать – считают, что в Элантрисе слишком хорошо обращались с низшим сословием, что их избаловали поблажками и поэтому они набросились на господ при первом признаке слабости. Я лично думаю, что все дело в слепом страхе при виде того, что Элантрис настигла страшная болезнь, – страхе, смешанном с ужасом от падения с пьедестала тех, кому ты всю жизнь поклонялся.

Так или иначе, именно слуги нанесли наибольший ущерб. Сначала они буйствовали небольшими группами, потом это переросло в жесточайший бунт, в котором убивали всех элантрийцев, попадавшихся на глаза. Самые могущественные элантрийцы погибли первыми, но потом их участь настигла и остальных.

Но они не остановились на элантрийцах, они нападали на их семьи, друзей и даже обычных людей, которые работали в городе. Мы с Даорой могли только с ужасом наблюдать за погромом, благодаря судьбу, что в нашей семье нет элантрийцев. После той ночи мы так и не смогли пересилить себя и довериться слугам.

– Мы в них и не нуждаемся, – добавила Даора. – Ты не представляешь, как много можно сделать своими силами.

– Особенно когда для грязной работы под рукой есть дети, – с лукавой улыбкой вставила Кэйс.

– Скрести полы – все, на что мы годимся? – со смехом поддержал ее Люкел.

– Единственная причина, чтобы иметь детей, – подтвердил Киин. – Мы с вашей мамой решили завести Даорна только потому, что нам требовалась помощь с ночными горшками.

– Папа, пожалуйста, – простонала Кэйс. – Я же ем!

– Да поможет милостивый Доми тому, кто встанет между Кэйс и ее обедом, – усмехнулся Люкел.

– Принцесса Кэйс, – поправила его девочка.

– О, так моя малышка стала принцессой? – со смехом спросил Киин.

– Если Сарин – принцесса, тогда и я тоже. Ведь ты ее дядя, а значит – принц. Правильно, па?

– В принципе, да, – согласился Киин. – Хотя я думаю, что официально титул мне уже не принадлежит.

– Тебя наверняка разжаловали за разговоры о ночных горшках во время еды, – заявила Кэйс. – Принцы так себя за столом не ведут.

– Конечно, – ласково улыбнулся отец. – Как я не догадался.

– И если ты принц, – продолжила девочка, – то твоя дочь должна быть принцессой.

– Это не совсем так, Кэйс, – поправил ее Люкел. – Наш отец не король, так что его дети не принцы, а бароны или графы.

– Правда? – разочарованно спросила Кэйс.

– Боюсь, что да, – ответил Киин. – Но поверь мне, любой, кто слышал, как ты капризничаешь перед сном, обязательно примет тебя за принцессу.