— Витя, в нее вссссселился бес!

…Знаешь, Миша, я человек с воображением, как и подобает нормальному журналисту. Я привык верить всему, что вижу собственными глазами или о чем мне рассказывают люди, которым я всецело доверяю. Я допускаю, что на Землю иногда наведываются пришельцы, и я не могу поверить, что мы во Вселенной одиноки. Я знаю, что головную боль можно лечить заговорами, я уверен, что какая-нибудь бабушка может навести порчу, и я ни секунды не сомневаюсь, что автомобиль, на котором ты ездишь, не просто умная куча железок — он реагирует на твое настроение и самочувствие. Короче, я потенциальный зритель мистических телешоу! Но, блин, мой заика Сережка Косилов этим утром был вне конкуренции! Честное слово…

Мы вышли на улицу. Во-первых, у парня закончились сигареты (скорее всего ему хотелось еще выпить), а во-вторых, по его словам, только там он мог мне объяснить и показать, что у него произошло.

Мы сели на лавочку возле супермаркета. Перед нами шумел проспект Ленина, уже почти готовый замереть в вонючей утренней пробке. Справа в пяти метрах от нас располагалась небольшая парковка для посетителей магазина.

Сергей положил расчехленную камеру на колени и молча ждал. В этот момент он напомнил мне охотника, выжидающего наилучший момент для выстрела. То, что Серега собирается именно стрелять, я уже догадался, хотя до сего момента мой приятель не сказал, по сути, ничего.

Кажется, мы дождались.

На парковку с проспекта вырулил сверкающий желтый «хаммер». Я присвистнул и хотел было пошутить над идиотом, который выбрал такой цвет (и над тем, кто так покрасил эту брутальную тачку), но Сергей впился в него взглядом, как ястреб. Вскоре из машины вышел хозяин — полненький мужичок, похожий на главного бухгалтера «Газпрома». Я на самом деле не знаю, как выглядят газпромовские бухгалтеры, и уж тем более понятия не имею, какая у них зарплата, но на бандита или олигарха, способного купить танк, этот мужик не смахивал. Закинув под мышку маленькую кожаную сумку, он запер машину и направился в супермаркет. Как только он совсем исчез из виду, Сергей направил видеокамеру на «хаммер», снял крышку с объектива, нажал кнопку и стал снимать.

Я потянулся за сигаретой. На какое-то время меня почти отпустили мои сегодняшние горести — настолько я был увлечен этим похмельным безумием. В голову даже пришла глупая мыслишка: сейчас из объектива аппарата вырвется сноп огня — и «хаммер» разнесет на мелкие запчасти. Кажется, я хихикнул.

Серега снимал около минуты. Затем выключил камеру, осторожно прикрыл объектив и поставил аппарат рядом на скамейку. Прокомментировать свой перфоманс он не удосужился.

— И где бесы? — спросил я.

— Смотри.

Мы молчали и ждали. Несколько минут ничего не происходило. То есть абсолютно ничего. Только улица продолжала шуметь, кто-то раздраженно сигналил нерасторопному участнику движения, а рядом на тротуаре мамаша отчитывала малыша, упавшего лицом в цветочную клумбу. Лето, черт возьми, благодатное время. Миша, тебе нравится лето?.. Да, извини.

Когда я уже устал ждать и начал думать о напрасной трате времени, из магазина появился хозяин тачки. Он открыл брелоком замки и сел в салон. Некоторое время он там ковырялся, что-то выкладывая из пакета на заднее сиденье, потом, очевидно, сунул ключ в замок зажигания.

Машина не завелась.

— Ннн-на, н-на… — пытался выдавить Сергей.

— Начинается, — закончил я вместо него, — не волнуйся.

Водитель попробовал еще раз. Он погонял стартер несколько секунд, но результат был тот же. Внешне вполне нормальный джип, который десять минут назад бодренько подкатил к бордюру, как будто умер.

— И что происходит? — поинтересовался я.

— Ничего. Моя камера его убила.

Я фыркнул.

Водитель предпринял еще одну попытку запустить желтого монстра, но на этот раз под капотом что-то мерзко взвизгнуло, и сразу стало понятно, что в ближайшее время машина никуда не поедет.

«Газпромовский бухгалтер» тут же выскочил на тротуар и принялся терзать мобильник.

— Сейчас он будет прыгать вокруг, кудахтать как кура и крыть матом проклятых америкосов, — с каким-то мрачным удовольствием заметил Серега. — Аб-бажаю этих идиотов. Носятся со своими машинками, как мальчишки с пипи… пипи…

— Я понял.

Михаил

С Мишей Поречниковым, как и с упомянутыми Виктором женами, тоже творились метаморфозы, на расшифровку которых уходило немало времени.