Читаем Эксперт № 48 (2014) полностью

1. Не действовать. Самое простое — прекратить деятельность в связи с тем, что коэффициент полезного действия стал очень низким. «Зачем отправлять суда и грузы, если мы знаем, что значительная часть из них будет потоплена?»

2. Ориентироваться на конечный результат («мы за ценой не постоим»). Можно увеличить количество отправляемых судов и грузов, чтобы добиться нужного конечного эффекта от грузопотока даже при больших потерях. «Если до цели доходит только 50 процентов судов и грузов, то надо увеличить количество (и судов, и грузов) в два раза, и мы достигнем требуемого результата, несмотря на потери».

3. Бороться за эффективность. Найти способы увеличения КПД. «Надо найти способ уменьшить процент наших потерь при доставке грузов».

Кто-то, может быть, удивится (возможно, это будут руководители Банка России, о них мы поговорим ниже), но первый вариант даже не рассматривался. Ведь речь шла буквально о выживании населения Великобритании (мы уже говорили о зависимости британцев от импорта продовольствия). Запасов некоторых критически важных ресурсов в Великобритании в отдельные периоды войны хватало всего на три недели.

Великобритания и США пошли одновременно по второму и третьему пути. Первоначально было увеличено количество отправляемых грузов. А верфи США стали усиленно работать, чтобы создавать суда взамен потопленных германскими подлодками. Кстати, рост заказов на морские суда был одной из причин бурного роста экономики США во время войны. А некоторые экономисты считают, что только благодаря подобным заказам Америка окончательно выбралась из Великой депрессии.

Одновременно с постройкой новых кораблей был предпринят целый ряд мероприятий, которые позволили резко сократить потери при морских перевозках. Назову только два из них для примера.

Во-первых, стала использоваться система конвоев. Проанализировав потери за определенный период времени, британцы заметили, что немцы потопили 110 одиночных кораблей. Но из нескольких тысяч судов, которые шли группами с военным охранением, было потоплено лишь четыре. Было принято решение, что все суда должны передвигаться в составе таких охраняемых групп — конвоев. И это резко усложнило действия немецких подводных лодок.

Во-вторых, маршруты движения судов стали выбираться таким образом, чтобы они были максимально приближены к базам авиации, расположенным на побережье или на островах. Это дало военным самолетам Великобритании и ее союзников возможность быстро приходить на помощь конвоям и увеличило потери немецких подводных лодок.

Именно поэтому второй эпизод битвы был уже не столь благоприятным для Германии. С июля 1941-го по март 1943 года союзные и нейтральные страны потеряли транспортов и боевых кораблей общим водоизмещением около 10 млн тонн, из них 80% от подводных лодок. За это же время германский флот потерял 155 подводных лодок. В сравнении с первым эпизодом результат действий немецких подлодок вырос примерно на треть, но потери возросли более чем в три раза!

И совсем разгромным для Германии стал третий эпизод Битвы за Атлантику. С апреля 1943-го по май 1945 года, то есть за 25 месяцев, Германия потопила суда союзников общим водоизмещением всего 3 млн тонн (из них от подводных лодок 73%), потеряв при этом свыше 600 подводных лодок. В значительной мере такой результат был достигнут благодаря успешной блокаде основных германских баз подводных лодок, а затем Германия эти базы и вовсе потеряла.

Битва за Атлантику совсем не безразличный для нашей страны пример. Конвои (в том числе печально известный конвой PQ-17) доставляли в СССР автомобили, танки, самолеты, медикаменты и другие важнейшие грузы от союзников.

Центробанк предпочитает не действовать

Самое время перейти от рассматриваемого примера к политике Центрального банка России. В ситуации, когда в России замедляется экономический рост (а это стало заметно с конца 2012 года), многие обратили свой взор на Банк России в надежде на денежное стимулирование экономики с его стороны. Центробанк это заметил. «Нам иногда говорят: низкие темпы экономического роста! Поддержите их дешевыми деньгами. У нас предприятия не могут модернизироваться, потому что кредиты очень дорогие. Вы не даете дешевых денег!» — говорит глава ЦБ Эльвира Набиуллина в программе «Познер».

Но не таков Центробанк России, чтобы поддаваться внешнему давлению. Тем более что по закону он не зависит от других органов власти, и вообще, стимулирование экономики не его функция. Но какая-то реакция на внешние запросы необходима, и у ЦБ есть два рубежа «интеллектуальной» обороны.