Читаем Эксперт № 45 (2013) полностью

Почему за точку анализа берется именно 2008 год? Дело в том, что годом ранее в России была создана государственная Объединенная судостроительная корпорация (ОСК), в которую вошло порядка 80% судостроительных мощностей страны. На Дальнем Востоке был организован региональный субхолдинг ОСК — Дальневосточный центр судостроения и судоремонта (ДЦСС), в который вошли три судостроительных и семь судоремонтных заводов макрорегиона, ориентированные на обеспечение Тихоокеанского флота ВМФ России.

Практически в это же время российское государство осознало, что в XXI веке основным ресурсным центром планеты будет Арктика, где, по подсчетам Национальной геологической службы США, сосредоточено 22% мировых запасов нефти и газа. Но для того чтобы добыть эти углеводороды, нужны ледостойкие буровые платформы и соответствующий флот, которого у России, за исключением ледоколов, нет.

Поэтому уже в 2009 году на территории входящей в ДЦСС верфи «Звезда» в Большом Камне (Приморье) началось создание новой российской суперверфи стоимостью около 150 млрд рублей, на которой можно было бы строить крупнотоннажные суда водоизмещением до 350 тыс. тонн, в том числе арктического класса. Оборудование — немецкое. Производительность труда на верфи предполагалось сделать не хуже чем в Южной Корее, тем более что соинвестором проекта выступила известная южнокорейская верфь DSME. Более того, эта верфь и предприятие по изготовлению офшорных конструкций и полупогружных платформ в бухте Пяти охотников (соинвестором этого предприятия предполагалась китайско-сингапурская компания Yantai Raffles) должны были стать «буксиром» для всех остальных дальневосточных верфей, на которых предполагалось разместить заказы на поставку комплектующих для основной верфи.

Однако проект забуксовал. В августе на специальном совещании о перспективах развития отечественного гражданского судостроения, прошедшем во Владивостоке под председательством президента России, выяснилось, что весь 2012 год строительство новой верфи практически не финансировалось, а иностранные инвесторы фактически вышли из проекта. Причины назывались самые разные — и проблемы с прежним руководством Минобороны по поводу земельного участка, и невозможность подписать какие-либо принципиальные бумаги в самой ОСК, в которой за последние полтора года сменилось три начальника, и потеря интереса зарубежных инвесторов к проекту.

«ДЦСС является дочерней компанией ОСК. И за последний год ни одно решение совета директоров ДЦСС просто не было принято. То есть мы отправляли документы на утверждение совета директоров корпорации, а они не принимались по разным причинам. Из-за этого была сорвана покупка технологического оборудования. Часть мы купили, оно пришло, стояло девять месяцев в порту, потому что не были решены вопросы финансирования. Банки кредиты открыли, но не выдавали деньги, потому что не было решения совета директоров ОСК», — пояснял ситуацию на совещании прежний руководитель Дальневосточного центра судостроения и судоремонта (в мае этого года он перешел на работу в «Роснефть») Игорь Борбот .

Президент России Владимир Путин слушал-слушал и не выдержал: «Короче, умирает все. И здесь все умирает, и у вас все умирает, и здесь сорвали проект огромный. Во всяком случае, внесли свой существенный вклад в срыв этого проекта. Молодцы, очень по-нашему…»

«Роснефть» вам в помощь