Читаем Эксперт № 45 (2013) полностью

«Человек, у которого по чистой случайности были обнаружены картины и рисунки, — сын Гильдебранда Гурлитта, одного из четырех торговцев картинами, уполномоченных в 1930–1940-е годы нацистами продавать за рубеж конфискованные работы художников-модернистов. Гурлитт — очень неоднозначная личность эпохи национал-социализма. Этот ученый-искусствовед еврейского происхождения вначале сам устраивал выставки современного искусства, а когда начались репрессии, заключил соглашение с режимом. Очевидно, Гурлитт продал за рубеж не все работы, многие из них он оставил для себя и своей семьи. Видимо, его сын Корнелиус Гурлитт, у которого нашли огромное собрание, десятилетиями жил за счет этих культурных сокровищ, продавая то одну, то другую работу на аукционах. Это происходило очень аккуратно и, конечно, без особой рекламы», — сказала «Эксперту» Улли Зеегерс , профессор Университета Дюссельдорфа и специалист по истории предметов искусства, утраченных в годы национал-социализма. По мнению искусствоведа, необычен в находке лишь масштаб: «То, что время от времени всплывают предметы искусства, которые нацисты называли дегенеративными и конфисковывали, не является чем-то удивительным. Поражает в мюнхенском случае лишь то, что такое огромное количество картин — более 1400 предметов — найдено в одной квартире».

Найденная работа Эрнста Людвига Кирхнера

Фото: ЕРА

Полвека подполья

Уже сегодня очевидно: речь идет о беспрецедентном случае, вызывающем сразу несколько вопросов. Прежде всего, не ясно, каким образом семье Гурлитт, даже при самых тесных связях в мире искусства, удавалось на протяжении десятков лет сбывать по частям свою невероятную коллекции, сохраняя в тайне информацию о ее размере. Сам Гильдебранд Гурлитт, скончавшийся в 1956 году, утверждал, что все картины, находившиеся в его руках, сгорели во время бомбежки Дрездена авиацией союзников 13 февраля 1945 года. Однако, насколько можно понять, с тех пор Гурлитт-младший неоднократно продавал картины из собрания семьи.

Последнюю продажу он совершил осенью 2011 года — уже после того, как таможенники обыскали его в поезде. Через кельнский аукцион Lempertz Гурлитт продал за 864 тыс. евро картину «Укротитель львов» Макса Бекманна. По заявлению представителя аукциона Карла- Закса Феддерсена , тогда у него не возникло никаких сомнений в легальности происхождения картины. Между тем количество легально обращающихся на европейском рынке картин художников-модернистов крайне ограниченно, а история семьи Гурлитта, тесно связанной с продажами картин, попавших в руки нацистов в ходе грабежа еврейских коллекций, могла бы заставить аукционистов пристальнее изучить происхождение шедевра. Рынок современного искусства в последние годы крайне перегрет, и регулярный вброс новых работ просто обязан был вызвать вопросы.

«По всему миру мы сегодня наблюдаем огромный интерес к современному искусству. При этом предложение работ классического модерна становится все более скудным. Это объясняет местами невероятные цены, которые платятся за картины Пикассо, Шагала или Матисса. Проблемы возникают в том случае, когда всплывают работы, идентифицируемые как награбленные нацистами. В первую очередь это картины, которые нацисты украли из еврейских частных коллекций. Как только становится известно о таком прошлом картины, ее практически невозможно продать, потому что никто не хочет быть владельцем украденной картины. Сознательно скрывать такие данные о картине — преступление», — говорит «Эксперту» Улли Зеегерс.

Таблица:

За последние 15 лет в Германии к владельцам вернулись картины стоимостью в миллионы евро

Кто здесь владелец

Правда, само по себе владение картинами, которые в свое время украли нацисты, сегодня уже не преступление. С чисто юридической точки зрения срок давности претензий бывших владельцев на свое имущество истек в 1975 году. Хотя в 1998 году Германия и еще 43 государства подписали так называемые Вашингтонские принципы, по которым обязывались возвращать бывшим владельцам незаконно изъятые у них картины и после истечения срока давности, данное обязательство касается только работ, находящихся в государственных коллекциях, и не затрагивает частные собрания. Таким образом, можно предположить, что формально на протяжении последних сорока лет Корнелиус Гурлитт ничего не нарушал, и если ему и можно предъявить какие-то обвинения, то скорее лишь в уклонении от уплаты у налогов.

На момент сдачи этого номера в печать сам господин Гурлитт находился на свободе и даже не был обязан сообщать полиции о своем местонахождении. «Ведущий дело прокурор уже заявил на пресс-конференции, что нам неизвестно, где находится этот человек. Сейчас нам необязательно знать это. Уголовное дело открыто, человек допрошен, но у нас нет улик, достаточных для заключения его под стражу», — сказал «Эксперту» представитель прокуратуры.