Читаем Эксперт № 10 (2014) полностью

Швейцария на референдуме 9 февраля незначительным большинством проголосовала за ограничение массовой иммиграции и, как следствие, за ограничение свободы передвижения. В адрес швейцарцев со стороны большинства глав европейских государств стала раздаваться неконструктивная критика — зазвучали такие слова, как «наказание», «последствия», «оскорбление», что лишь усилило недоверие к «брюссельской гидре». Однако принципы многовековой прямой демократии, признанной эталоном во всем мире, не могут быть нарушены ни высокопоставленным чиновником, ни членом Еврокомиссии, не избранным всеобщим голосованием.

Риски для Швейцарии

Менее чем за 48 часов Европа в одностороннем порядке приостановила переговоры с Швейцарией, начатые уже несколько лет назад. Это напоминает позицию администрации Джорджа Буша-младшего «кто не с нами, тот против нас», принятую им в условиях войны и резко раскритикованную тогда теми же благоразумными деятелями Старого Света. Ни о какой золотой середине речи не идет, и это наводит скорее на мысль, что согласно принципу Генри Форда  Швейцария может делать все, что захочет, если при этом будет строго соблюдать директивы Евросоюза. И это напоминает нравоучения, которые не перестают сыпаться на голову России по поводу президентских выборов, событий на Украине, а также Олимпийских игр в Сочи.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Конечно, Берн продолжит диалог, будет снова и снова объяснять свое решение, но тем не менее угроза для Швейцарии вполне реальна. Беспокойство в университетских, банковских и других высших кругах Конфедерации оправданно. Да, у Швейцарии дела сейчас обстоят гораздо лучше, чем у большинства этих нравоучителей. Однако с учетом нестабильной экономической и социальной обстановки в Европе впору задаться вопросом: не является ли прошедший референдум событием типа «черный лебедь»? В теории, разработанной математиком и философом Нассимом Николасом Талебом, так называется неожиданное и маловероятное событие, последствия которого, если оно все же происходит, носят значительный и исключительно важный характер. Возможно, аналогия несколько преувеличена, учитывая масштаб решений, которые будут приняты Евросоюзом по отношению к Швейцарии, но над потенциальным риском стоит задуматься.

Действительно, вероятность совпадения нескольких факторов существует. Можно вспомнить, во-первых, возникшее в последнее время несомненное стремление швейцарцев к подрыву источников национального благосостояния. Его всегда считали непоколебимым, но с недавнего (с точки зрения исторических процессов) времени, судя по многочисленным примерам, оно стало гораздо менее стабильным, чем принято считать. Не стоит полагать, что способность к саморазрушению — удел или исключительная привилегия только лишь швейцарцев. Как недавно заметил один экономист, «теперь и французы выдворяют богатых, чтобы приютить бедных!».

Во-вторых, Швейцария все больше зависит от единой европейской валюты. Об этом, в частности, свидетельствует пятикратное увеличение баланса Национального банка Швейцарии с 2007 года. Большая часть его активов, равных 500 млрд франков, вложена в евро, европейские облигации и акции, и это при том, что госдолг стран еврозоны на конец 2013 года достиг 92,7% ВВП. Таким образом, основной партнер Швейцарии находится, мягко говоря, в затруднительном положении.

Наконец, в-третьих, разрыв сложных, но тем не менее конструктивных отношений с Евросоюзом может в долгосрочной перспективе сказаться на всей швейцарской экономике. Примеров тому достаточно: соглашение о поставках электроэнергии, обсуждение которого идет с 2007 года, но теперь откладывается на неопределенный срок; доступ швейцарских банков и страховых компаний на европейский финансовый рынок; вопросы охраны окружающей среды, транспортной политики и т. д.

Новая стратегия

Существует два варианта развития событий: либо Швейцария попытается смягчить последствия референдума 9 февраля и постепенно, но как можно быстрее подстроится под принципы европейского права, либо, не ломая свою линию, постарается сохранить корректные взаимоотношения с ЕС, при этом расширив стратегическое сотрудничество за пределами Европы.

Контраст очевиден. Сколь осуждаема Швейцария своими ближайшими соседями, до сих пор не знающими, что в сыре грюйер нет дырок, столь же безупречна она в глазах более отдаленных государств. Почему бы не предположить, не забывая при этом об основном историческом партнере, что Швейцария будет активно направлять свои дипломатические, торговые и стратегические усилия на новые рынки, которым жизненно необходимо сотрудничество с ней в технологическом, финансовом и промышленном плане? Например, на страны Персидского залива, Индию, Китай и, конечно же, Россию.