Читаем Эксперт № 07 (2014) полностью

Однако и из этого мы можем извлечь серьезные дивиденды — в частности, усилить свое влияние на чересчур не зависимый от России Азербайджан. Ни для кого не секрет, что у Баку с Тегераном крайне сложные отношения — как экономические, так и политические. «Несмотря на то что армянская экономика в разы меньше, чем азербайджанская, у Еревана гораздо больше экономических проектов с Ираном, чем у Баку, — говорит “Эксперту” научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии и Кавказа Института востоковедения РАН Станислав Притчин . — Азербайджано-иранский товарооборот сегодня составляет 200–300 миллионов долларов в год. Сумма совершенно незначительная для таких крупных региональных экономик». Кроме того, паназербайджанские настроения династии Алиевых (в частности, речи о создании Большого Азербайджана) вызывали крайне негативную реакцию Ирана. Очевидно, что при снятии санкций эти отношения отнюдь не улучшатся — скорее, наоборот, Иран получит возможность ответить Азербайджану на его крайне недобрососедскую политику периода изоляции (регулярное «разоблачение» в Азербайджане иранских группировок, поддержка позиции США и даже угрозы поучаствовать в американской операции). Азербайджану придется искать себе защиту,  то есть сближаться с Россией и идти на определенные уступки ей в политической и экономической сферах.

Что касается Армении, то и тут усиление иранских позиций будет скорее на руку России. У Тегерана и Еревана неплохие отношения, и не исключено, что после снятия санкций вырастет объем ирано-армянской торговли, будут реализованы некоторые инфраструктурные проекты. Прежде всего проложена железная дорога из Армении в Иран. Вопреки опасениям некоторых экспертов она не ослабит позиции России как эксклюзивного политико-экономического союзника Еревана (в Армении, конечно, попытаются сыграть на иранском факторе, но там прекрасно понимают разницу в уровне надежности, в обязательствах, в менталитете, в конце концов). Более того, наличие альтернативного грузинскому выхода Армении на мировой рынок серьезно ослабляет позиции официального Тбилиси на переговорах с нами: грузины больше не смогут разыгрывать армянскую карту и шантажировать Москву ужесточением условий транзита.

Вооружаем и мирим

Выход Ирана из изоляции дает нам возможность усилить позиции и на Ближнем Востоке. Мы становимся весьма привлекательным партнером для целого ряда стран региона.

Прежде всего речь идет о Сирии. И дело не в том, что президенту Башару Асаду нужно будет оплатить «счет» за нами защиту сирийского режима, а в том, что ему придется оплачивать немереный иранский «счет». Ни для кого не секрет, что до начала войны Сирия была союзником Ирана, но при этом имела определенную степень независимости и проводила собственную внешнюю политику. Более того, Асад тяготился излишней, по его мнению, зависимостью от Ирана и искал способ ее снизить. В частности, даже рассматривал возможность заключения мирного соглашения с Израилем и решения проблемы Голанских высот в обмен на израильские инвестиции. Между Тель-Авивом и Дамаском шли соответствующие переговоры, которые были сорваны начавшейся гражданской войной. Во время этой войны Иран фактически спас Сирию (поставками денег, оружия и живой силы в лице бойцов Корпуса стражей исламской революции и «Хезболлы»), и очевидно, что его влияние на Сирию после войны резко вырастет. Особенно с учетом снятия санкций с Ирана и получения возможности проводить более активную внешнюю политику. И не исключено, что, пытаясь не допустить превращения Сирии из союзника в сателлита, Башар Асад попытается сбалансировать сирийское влияние российским. Наши компании могут рассчитывать на ряд привлекательных концессий, а наши Вооруженные силы — на расширение базы в Тартусе и новые поставки оружия.