Читаем Эксперт № 02 (2013) полностью

На новость тянуло только заявление властей о решении сделать стратегический мастер-план Москвы. Концептуальный документ с целями, расставленными приоритетами и механизмами развития города нужен. Такая городская «конституция» станет основой для генплана — заметим, что лужковскому генплану концептуальности явно не хватало. Однако смущают несколько моментов. Во-первых, сроки создания мастер-плана. Единственный на сегодня в России мастер-план Перми делали три с половиной года. В Москве работу хотят сделать за полгода.

Во-вторых, очевиден правильный алгоритм создания градостроительных документов: мастер-план, затем генплан, потом правила землепользования и застройки. На этом пути концептуальность с каждой итерацией трансформируется во все более конкретные решения и более мелкую деталировку. В Москве эту схему поставили с ног на голову. Генплан и правила землепользования и застройки (ПЗЗ) делаются параллельно с мастер-планом. Более того, ПЗЗ будут разработаны уже в 2013 году, а генплан — на год позже.

В целом форум вызвал ощущение пробуксовки, упущенного шанса сделать новый шаг. Правильные слова о «городе, удобном для жизни», полицентрическом развитии, многофункциональных районах и прочем чиновники выучили прекрасно, но как на практике реализовать эти концепты, пока не очень понятно. Ясной градостроительной политики не существует, она только формируется, причем за закрытыми от общественности дверями. Характерная деталь: наибольший интерес у публики на форуме вызвали не западные звезды, а российские чиновники. Всем было крайне интересно узнать: что все-таки происходит в родном городе?

Нужны истории успеха

Если столичное правительство не решилось проанализировать свои достижения и неудачи в градостроительной сфере за последние два года, то попробуем вкратце сделать это сами. Главное достижение — отмена самоубийственной лужковской застройки всех клочков земли в угоду девелоперам. Были отменены инвестиционные контракты на строительство 9 млн кв. м, причем 1,3 млн планировалось возвести в центре города. Прекращено офисное строительство в центре, остановлен снос исторических зданий. Строить в Москве стало намного труднее, но на данном этапе, пока градостроительная политика не выстроена, для города это благо.

Город ушел от «выжимания» земельной ренты и поставил приоритетом решение транспортного вопроса. Был раскручен маховик дорожного строительства, его объемы выросли чуть ли не в десять раз. Началось активное строительство метро: только в Китае подземка строится сегодня интенсивнее. Столичное метро за десять лет должно увеличиться в полтора раза — планируется построить 150 км путей и 70 новых станций. За восемь лет планируется построить и 250 транспортно-пересадочных узлов.

В течение пяти лет на дороги и общественный транспорт будет потрачено 40 млрд евро. Здесь надо заметить, что большинство реализуемых сейчас проектов были задуманы еще во времена Лужкова, но тогда денег на них не было. Дело сдвинулось с мертвой точки лишь после того, как вместе с Собяниным в город пришли «федеральные» деньги.

Есть тихие, малозаметные ходы. Например, с октября девелоперы избавлены от необходимости самостоятельно проектировать и строить тепловые сети. За 18 месяцев после заявки компания МОЭК обязана подключить любую новостройку к сетям по единой фиксированной цене, которая в полтора раза ниже среднерыночной. Это резко снижает риски девелоперов и в перспективе дает властям механизм управления развитием города через дифференцированную стоимость подключения.

Изменилась и интеллектуальная атмосфера. В отличие от лужковских времен чиновники более открыты для мирового опыта и новых идей. Они слушают экспертов и активно пользуются консультациями крупнейших мировых компаний. Однако правительство Москвы по-прежнему представляет собой черный ящик, где мотивы принятия решений скрыты от непосвященных. Почему сделан упор на строительство дорогостоящего метро, а не скоростного трамвая или систем скоростного автобуса? Почему проектируемая ветка метро в одночасье может изменить направление и вместо густонаселенного Солнцева прийти в деревню Саларьево, где живет несколько сотен человек? Даже специалистам не предъявляют ни расчетов, ни аргументов.

Главный недостаток первых двух лет правления Сергея Собянина — не удалось создать ощущение, что город реально меняется, что жизнь улучшается. Объявленных проектов и начатых строек много, но показать нечего. Программа укладки плитки на улицах скорее стала поводом для появления анекдотов. Программа благоустройства дворов, несмотря на потраченные деньги, не вызвала энтузиазма у жителей из-за кондовых устаревших решений. Понятно, что транспортную ситуацию или ситуацию с благоустройством кардинально решить очень трудно, но Москве крайне необходимы примеры позитивных изменений. Хотя бы модельный проект в пределах одного района.