Читаем Экспедиция в Лес полностью

— Здесь, как и при выращивании наших домов, работа ведётся на уровне одного конкретного дерева, а не леса в целом. Наш Лес, как мыслящее существо, по сути являющееся коллективным разумом, состоящим из множества отдельных частей. Так, что вздумай Шарлотта вырастить тарелочку плова где-нибудь во Дворце Знаний, всю работу пришлось бы начинать заново. Конечно, с учётом уже имеющегося опыта.

— И меню не слишком обширное, потому, что с каждым блюдом хозяйке приходится экспериментировать отдельно, — утвердительно продолжил Максим, уловив общую идею.

— На самом деле выбор несколько шире. Просто нам было предложено только то, что созрело на данный момент.

Сложности-то какие! Но место не лишено оригинальности. И кормят здесь вкусно. А когда вечером зажгутся ещё и прилепленные то тут, то там грибные светильники, его даже можно будет назвать романтичным. Самое то, чтобы пригласить девушку, за которой собираешься поухаживать.

Оставив Максима у загонов с ящерами, Фёдор отправился на приём к хозяйке ресторана. Не то, что бы Макс обратил внимание на исчезновение приятеля — слишком был занят разглядыванием открывшегося перед ним зрелища. По просторному загону носились, наскакивая друг на друга и вступая в кратковременные стычки, двуногие ящеры в полтора человеческих роста. Полосатые, ярко окрашенные и, судя по всему хищные. По виду чем-то напоминали дромеозавров из мелового периода Земли и африканских страусов одновременно. Интересно, кто был тот, кто попробовал на них ездить? Сам Максим даже близко подойти не решился бы к эдакой зверюге.

— Интересно, почему было травоядных не приручить? — себе под нос пробормотал Максим, но был услышан и незамедлительно получил ответ на свой вопрос.

— Травоядные двигаются слишком медленно. Во всяком случае, те, что живут здесь и достаточно крупные, чтобы поднять взрослого человека.

— А вы, наверное, тот самый дядя Кержик, хозяин этого зверинца, — Джарвисон, а это был действительно он, только досадливо поморщился. Вот же прижилось прозвище!

— Да. Я это он. А вы тот самый человек, Максим, если не ошибаюсь, что работает в команде Грегсона? — и дождавшись утвердительного кивка продолжил: — Пробовал я с травоядными. Цервиды вот даже охотно под седлом ходят. Но двигаются при этом со скоростью идущего размеренным шагом человека.

— А посмотреть на них можно?

— Можно даже покататься. И даже отправиться на них домой.

— Это было бы неплохо. А то я так объелся, что не имею ни малейшего желания долго и мрачно тащиться к общежитию.

Цервидов в загоне не содержали. Мало того, Максим умудрился их не заметить, пройдя точнёхонько между ног флегматичных животных. И немудрено. Тонкие, жилистые ноги уносили тело животного на почти трёхметровую высоту. Широкие копыта размером с хорошее блюдо позволяли неплохо удерживаться на переплетении корней, тело облито сероватой скользкой чешуёй, а маленькую аккуратную голову венчали роскошные ветвистые рога.

Максим оглядел очередное чудо природы и с недоумением пожал плечами:

— Почему же они не бегают? Ноги длинные, как у спринтеров.

— А если копыто соскользнёт в прикорневой бассейн? Здесь быстро перемещаться могут позволить себе только те, кто имеет хватательный тип конечностей. Ну что, полезешь наверх?

— А управлять им как? Я ведь даже на лошади никогда не ездил.

— Пока никак. За полчаса этому не научишься. Значит, пока я повожу зверя за повод, а если вы всё-таки решите возвращаться верхом, Фёдор будет управлять обоими.

Нельзя сказать, чтобы Максим получил от езды большое удовольствие. Всё-таки с машиной проще, ею хотя бы понятно как управлять. А тут? Не захочет и не послушается. И что тогда делать? Но у Джарвисона всё как-то получалось легко. Он водил своего питомца по широкому кругу, давая человеку привыкнуть к верховой езде. Ход у цервидов оказался размеренный, так что парня лишь слегка покачивало, наполненный до отказа желудок подавал в мозг сигналы довольства, благодаря чему Максим постепенно успокоился и даже начал задрёмывать в седле. Фёдор появился внезапно, свалившись откуда-то сверху в седло позади Максима, он сразу же перехватил поводья. В руке эльфа был зажат длиннющий список, за изучение которого он принялся, едва они тронулись в путь.

— Это тебе опять заказ на земную экзотику подкинули?

— Угу. Только на этот раз список продуктов, которые тётя Шарлотта хочет иметь в качестве образцов. Вот, например, мешок кофейного зерна …

— Зачем же целый мешок, если она собирается выращивать кофе на своём дереве?

— Затем, что будет растить не зерно, а сразу готовый напиток. И время от времени дегустировать сравнивая вкусы того и этого. Это ещё ладно. А вот как сохранить свежим натуральное молоко, да ещё в нашем климате? Через два часа скиснет. Это что, ей каждый день его по стакану переправлять? То же самое и с клубникой.

— Может ты не знаешь, — полусерьёзно пошутил Макс, — но сейчас существуют такие консерванты, что твоё молоко и за неделю не испортится, что ты с ним не делай.

Перейти на страницу:

Все книги серии Форрестер

Похожие книги

Карта времени
Карта времени

Роман испанского писателя Феликса Пальмы «Карта времени» можно назвать историческим, приключенческим или научно-фантастическим — и любое из этих определений будет верным. Действие происходит в Лондоне конца XIX века, в эпоху, когда важнейшие научные открытия заставляют людей поверить, что они способны достичь невозможного — скажем, путешествовать во времени. Кто-то желал посетить будущее, а кто-то, наоборот, — побывать в прошлом, и не только побывать, но и изменить его. Но можно ли изменить прошлое? Можно ли переписать Историю? Над этими вопросами приходится задуматься писателю Г.-Дж. Уэллсу, когда он попадает в совершенно невероятную ситуацию, достойную сюжетов его собственных фантастических сочинений.Роман «Карта времени», удостоенный в Испании премии «Атенео де Севилья», уже вышел в США, Англии, Японии, Франции, Австралии, Норвегии, Италии и других странах. В Германии по итогам читательского голосования он занял второе место в списке лучших книг 2010 года.

Феликс Х. Пальма

Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези