Читаем Эй-ай полностью

Акула, чем бы она ни была, вновь привлекла его внимание, когда до дна оставалось метров двадцать. Почему, скажите на милость, эта тварь все время держится на виду, но за границей разрешения? Компьютер упорно рисовал на экране точку, а ведь подойди неведомое животное хоть раз на расстояние уверенного сканирования, в картинке были бы хоть какие-то детали. Поразмыслив, Джон решил, что имеет место досадное совпадение. В конце концов, поверить в то, что акула может обладать не разумом даже, а хотя бы зачаточной интеллигентностью, может только тот, кто никогда не видел ее мозга. Что касается Джона, акул на своем веку он переловил – и перерезал – предостаточно. Если это акула.

В конце концов, человек решил плюнуть на загадку природы и взамен сосредоточиться на той загадке, за которую ему платили деньги. Плавно двигаясь в пяти метрах над поверхностью дна, точнее, над тем присыпанным илом переплетением стволов и веток затонувших деревьев, которое в этом месте заменяло дно, он принялся искать машину. Через пять минут он ее нашел.

* * *

– Человек приближается к затонувшей машине, – передала на берег Кира. – Очевидно, что он искал именно ее.

– Нашел на берегу двух транквилизированных мужчин, – сообщил подоспевший к месту действия Люк. – Одетых в форму полиции, – добавил он после паузы. – Еще трое ждут в машине на дороге… Не в форме.

– Предложения?

– Наблюдаем.

– Может быть, разбудить Боба? – робко поинтересовался Мак. Эй-Ай взвесили все «за» и «против» и решили не рисковать. Боб очень болезненно реагировал на неожиданные пробуждения. Реакция Гарика была четверке неизвестна, однако по рассмотрении было решено не трогать и Гарика. Мало ли что.

– Что он делает?

– Открывает багажник…

* * *

Наркотики были на месте. Это обрадовало Джона, поскольку удваивало обещанную ему Хирургом награду. То, что багажник, равно как и ценный груз, пробит в нескольких местах пулями, он не заметил. Ему было весело. То, чего эти громилы не смогли сделать за сутки, он сделал за четверть часа – ну не смешно ли? Джон попытался рассмеяться и едва не наглотался воды. Ах да! Вода. Глубина. Акулы…

Акула была тут, рядом. Едва увидев ее челюсти с несколькими рядами торчащих в разные стороны зубов, Джон выхватил из кобуры «саунд бластер» и открыл огонь. Тварь метнулась в сторону, выбросив чернильное облако, и лишь тогда покоритель глубин сообразил, что это, пожалуй, не акула, а гигантский осьминог. С зубами и зубчатым гребнем на покрытой гигантскими – с хороший поднос – чешуйками спине. Затем чудовище растаяло во мраке.

* * *

– Непонятно, – заявил наблюдавший за событиями Эй-Ай. – Зачем нужно было расстреливать груз?

– Да, нелогично.

– Продолжаем наблюдение.

* * *

Глубина больше не была темной. То тут, то там ее подсвечивали разноцветные блики, хотя общий фон, безусловно, оставался кроваво-красным. Что это такое? Мгновением позже Джон сообразил, что по-прежнему видит не мир вокруг, а его трехмерное изображение, созданное эхолокатором маски. Вот только растровая сетка куда-то подевалась… И почему все такое… непонятное?

Карусель светящихся пятен медленно кружилась вокруг ныряльщика, и, пожалуй, впервые в жизни он почувствовал себя маленьким и незначительным в глубине озера. Чувство тревоги заставило его сделать то, чему он был обучен, – серию быстрых энергичных вдохов, дабы освободить кровь от углекислоты и расслабить диафрагму. Однако на сей раз эта мера не помогла – первый же вдох заставил Джона вздрогнуть и замереть. Затем, не в силах поверить самому себе, он медленно потянул носом поступающий в маску воздух. Пахло розами.

В хаотическом мелькании огоньков вдали тем временем наметился некий порядок, и вскоре вокруг человека завертелась сотканная из неведомых светящихся существ сфера. По поверхности сферы блуждали волны и спирали разных цветов и степеней яркости, и это было бы немыслимо красиво, не будь оно так неуместно на стометровой глубине, у дна озера. У дна?

Дна не было. Человек смотрел вертикально вниз, но все, что он видел, была вода и хоровод далеких огней – внизу, вверху… всюду. Поверхности не было тоже! Запах роз накатывал волнами и был прохладен и нежен. Звучала флейта. Почему-то человеку было сложно концентрировать свое внимание на чем-то одном. Хотелось расслабиться и идти ко дну. Джон нерешительно потянулся и отключил эхолот, переключаясь на обычное, человеческое зрение. На маске зажегся фонарик.

НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИЛОСЬ. Все так же кружились огни, все так же звучала музыка и пахло цветами.

* * *

– Объект наблюдения осматривается визуально, – сообщила Кира. – Он отключил эхолот.

Эй-Ай испытывала существенные трудности с ориентацией на такой глубине. До того момента, как Джон выключил сонар, можно было худо-бедно использовать его в качестве своеобразного источника света, теперь же этого источника не стало. Свой эхолот у Киры был, хотя и попроще, чем Джонов, но включать его она не хотела из соображений маскировки.

– Прижимаюсь ко дну, – наконец сообщила она. – Подхожу поближе.