Читаем Эффект Робинзона Крузо полностью

Иеронимо Санчес де Карранза говорил: «Все постигается через демонстрацию». Вот сейчас еще, на примере Карнакского храмового комплекса, продемонстрируем коллизийность истории. Классическая история убедила весь мир в том, что медными инструментами с использованием мускульной силы рабов были воздвигнуты пирамиды и храмовые комплексы. Для начала о масштабах Карнакского храмового комплекса: размеры комплекса — 700 на 1500 метров. Храм состоит из трех частей, каждая из которых посвящена своему божеству — в общей сложности в нем 33 храма и зала. Вход в храмовый комплекс охраняет аллея бараноголовых сфинксов. По центру 12 колонн достигают в высоту 23 метра, остальные несколько ниже. Но в целом 134 огромных столпа создают непередаваемое ощущение грандиозности и величия. Для того, чтобы вы понимали масштаб сооружений, отметим: на плоскости верхушки колонны может одновременно разместиться около 50 человек. Для того, чтобы обхватить любую из колонн — потребуется как минимум 6 человек, взявшихся за руки. Посреди одного из залов высится величайший обелиск мира — 39‑метровый гранитный монолит красного цвета в виде устремленной вверх иглы. Стены и потолок украшены религиозными сценами, картинами с изображением победоносных походов царей, а также их трофеев. Ничего, кроме того, как одни люди убивают других — только этим и заняты. Здесь нет ничего, что не свидетельствовало бы о боевой и идеологической подготовке определенных людей. Это всего–навсего класс, учебное место. Как видно наука древнего Египта ничем не уступает нынешней, а в каких–то частях ее и превосходит, а история науки — коллизийна.

Приведённые примеры помогут нам в осмыслении того факта, что существует некий предохранитель от торможения развития человечества, причём вне цивилизации. Какой бы ни произошел катаклизм, человечество вернёт свои позиции, рано или поздно, как минимум на тот же технологический уровень. Уровень определенного технологического развития был всегда, и человечество возвращается временно к дровам, как к энергоносителю, когда возникли проблемы с углем. Но это не означает, что «угля не было в помине в некий исторический период перемен», и не свидетельствует о том, что использование дров — это первая «пещерная» стадия эволюции человека. Собственно, на такой дихотомии появляется понятие цивилизации, в нашем случае жители «эпохи дров» будут говорить о жителях «эпохи угля» как о цивилизации. Хотя это разные части одного целого.

Еще один пример развёртывания метода дихотомии мы можем наблюдать в крупных городах и мегаполисах. В таких городах всегда есть неблагополучные — нецивилизованные районы, и респектабельные — цивилизованные районы. Разделение выглядит так, что большинство бедных в неблагополучных районах живут в жилье низкого качества или же являются бездомными. Они могут также испытывать такие проблемы, как перенаселенность, загрязнение, шум, отсутствие доступа к питьевой воде, санитарному оборудованию или отоплению. Малоимущие часто живут в отдаленных и небезопасных районах, при этом их обычно осуждают другие люди с респектабельных районов. Жилье низкого качества и бездомность — это результат бедности, и это может усугублять лишения и изолированность. Для бедняков из неблагополучных районов, жители респектабельных — цивилизация. Хотя это две части одного города. Да, они разные, не похожи друг на друга по качеству жизни и другим параметрам, но это единый мегаполис. Но в глазах одних другие становятся недосягаемой цивилизацией.

Как срабатывает предохранитель от торможения вне цивилизации, как нельзя лучше демонстрирует эффект Робинзона Крузо. Вкратце в начале отметим несколько основных сюжетных и смысловых моментов в романе Д. Дефо «Робинзон Крузо». Итак, главный герой Робинзон попал на необитаемый остров, будучи цивилизованным человеком, и очень быстро стал нецивилизованным. Одинокий человек на необитаемом острове, он словно повторяет путь человечества: охотник, скотовод, земледелец, позднее рабовладелец и, наконец, хозяин маленькой колонии.