Читаем Джордж Гордон Байрон полностью

В Эбердине Байрон поступает в так называемую Грамматическую школу, в которой было пять классов. Когда Байрон окончил третий, пришло известие из Англии, что умер его двоюродный дед. "Мальчику из Эбердина", как называл его умерший дед Уильям Байрон, переходили по наследству титул лорда и родовое поместье Байронов - Ньюстедское аббатство, находившееся в Ноттингемском графстве. Поместье и замок были запущены, денег для их восстановления не было (от деда остались одни долги), и мать Байрона вскоре сдала Ньюстедское аббатство в аренду, а сама с сыном поселилась неподалеку от Ньюстеда, в Саутвелле.

Изменения, происшедшие в судьбе юного Байрона, вызвали в нем противоречивые чувства, и несколько позднее в своих стихах он раскрыл их. Ньюстед с его прошлым пробуждал в нем интерес к истории страны, к предкам, принимавшим участие в знаменитых сражениях. В его ранних стихах, посвященных Ньюстедскому аббатству, слышится гордость, что он, Байрон, потомок прославленного древнего рода, чьи сыновья верно служили своей родине, ему хочется достойно продолжить их дела.

Он, как вы, будет жить и погибнет, как воин,

И посмертная слава его осенит.

("При отъезде из Ньюстедского аббатства")

И в то же время юношу тяготит новый для него образ жизни среди титулованных особ, являвшихся рабами условностей:

Судьба! возьми назад свои щедроты

И титул, что в веках звучит!

Жить меж рабов - мне нет охоты,

Их руки пожимать мне стыд!

("Хочу я быть ребенком вольным...")

Детство и отрочество поэта были омрачены не только нуждой, от которой более всего страдала его мать, прилагавшая большие усилия, чтобы найти средства для воспитания сына в соответствии с его аристократическим происхождением, но еще и тем, что от рождения он был хромым. Приспособления, которые придумывали доктора для исправления хромоты, приносили ему мучения, а хромота все равно оставалась... и осталась на всю жизнь. Мать Байрона, обладавшая неуравновешенным характером, порой в пылу ссоры упрекала сына физическим недостатком, и это было, вероятно, особенно тяжело для него, во всяком случае, эти сцены оставили глубокий след в его памяти.

В 1801 году Байрон поступил в школу закрытого типа, в Харроу, где обучались дети знатных и богатых семей. Их готовили к карьере политиков и дипломатов, к парламентской деятельности. Так, в одном классе с Байроном учился Роберт Пиль (1788-1850), ставший впоследствии министром внутренних дел, а затем и премьер-министром Англии.

В Харроу Байрон попал в атмосферу религиозного ханжества, угодничества перед власть имущими, которая создавалась и поддерживалась в школе всем ее статутом. Многое в школе приводило Байрона в сильное негодование, его возмущали ложь и несправедливость, царившие там, и это в самой непосредственной форме запечатлено в его письмах из Харроу. Он не раз просит миссис Байрон взять его из школы.

В одном из писем Байрон с горечью пишет матери, что наставники часто говорят ему о его бедности: "...меня клеймят без причины, и я презираю все злобные потуги его (ректора. - Р. У.) и его брата. Его брат Мартин... постоянно напоминает мне о моих стесненных обстоятельствах... это делается, быть может, с хорошими намерениями, но в весьма неприятной форме...

Я могу пробить себе дорогу в мире, и я это сделаю или погибну. Многие начинали жизнь ни с чем, а кончали великими людьми. Неужели я, обладая достаточным, пусть и небольшим, состоянием, стану бездействовать? Нет, я пробью себе дорогу к Вершинам Славы, но только не бесчестьем..." {Дневники. Письма, с. 9.}. "Пустяком" считает Байрон насмешки над его бедностью по сравнению с беспричинными оскорблениями, наносимыми ему его наставниками. Юный Байрон не понимал, что наставников раздражало не только то, что он выделялся на фоне общей массы учащихся необычайной широтой знаний, но и его нетерпимость ко всякой несправедливости, готовность сразу же встать на сторону беззащитного и защищать последовательно и до конца. Байрон притягивал внимание учеников, к нему тянулись, добивались дружбы с ним. Благодаря сердечным отношениям с товарищами у Байрона в Харроу были светлые и радостные дни. Вспоминая об этом, он пишет: "Школьная дружба была для меня страстью" {Дневники. Письма, с. 271.}.

В 1803 году, во время каникул, пятнадцатилетний Байрон встретился с Мэри Чаворт, которая вызвала в нем большое и сильное чувство. Байрон тогда не мог предвидеть, сколь глубокой окажется его любовь. За несколько месяцев до своей смерти в одном из писем он писал: "...я в ранней юности сильно полюбил внучатую племянницу... мистера Чаворта... и одно время казалось, что обе семьи примирятся благодаря нашему союзу (дед поэта убил на дуэли одного из Чавортов. - Р. У.). Она была старше меня двумя годами, и мы в юности много времени проводили вместе. Она вышла замуж за человека из старинной и почтенной семьи, но брак ее оказался несчастливым, как и мой" {Там же. cc. 311-312.}. Байрон посвятил Мэри Чаворт целый ряд стихотворений, но особенно волнующе он передал свое страдание и любовь к ней в поэме "Сон", написанной в 1816 году.