Как и в Бостоне, мистер Лоренс встретил Марчей у дверей и пригласил в дом. Всегда будучи гостеприимным хозяином, он включил и Ханну в список членов семьи. («Ах ты господи, мне даже боязно войти в такой дом!» – воскликнула она, получив приглашение). Но все же надела свое лучшее воскресное платье и робко пересекла соединяющий два дома участок вместе с Марчами, прячась за Эми, чтобы стать менее заметной.

План не сработал: на лице Леди Хэт на мгновение выступил шок, когда та увидела служанку среди гостей. Но сразу же взяла себя в руки и повела себя с общепринятой любезностью.

Они собрались в гостиной, ведя дружеский разговор, пока слуги не пригласили их к столу. Хэрриет заняла место между мистером Лоренсом и Лори, а Брук – на другом конце стола с Мег по левую руку. Между двумя этими полюсами расположились все те, кто был дорог сердцу Мег, за исключением отца. Если бы и Бет с отцом сидели сейчас с ними, ей больше нечего было бы просить у судьбы.

Лори, по настоянию Джо, первым произносил речь. Он поднялся и постучал ножом по бокалу, требуя внимания.

– Благодарю всех, что пришли, – начал он. – Ни для кого из вас не секрет, как сильно я ценю старину Брука, несмотря на то, что до сих пор упорно отказывался признаваться в этом публично. И очень люблю семью Марч, лучшего случая об этом заявить не вижу.

– Правильно, правильно! – закричал мистер Лоренс, и все вокруг закивали, забормотав слова согласия.

Лори продолжал:

– Я рад, что мое обожание досталось столь хорошим людям и что эти двое, наконец, перестанут мучить друг друга и всех нас и объявят о своей любви перед законом.

Несколько человек рассмеялись. Джо захохотала.

– Вам также известно, что я не мастак красиво излагать мысли. Но среди нас есть такой искусный мастер, и думаю, первый тост лучше произнести ей. Джо, скажешь несколько слов молодым от нас?

Глаза Лори сверкнули. Это он специально! Поставить ее в такое положение перед всей компанией – непростительно! Как он посмел?

На бумаге Джо умела быть остроумной, глубокомысленной, романтичной. А если не получалось, всегда можно было переписать заново. Но вслух ей с трудом удавалось связать пару слов, и Лори об этом знал.

Гости застучали по бокалам, подбадривая ее. Она нехотя встала с места, бросая на Лори ядовитые взгляды. «Я тебе это припомню, Теодор Лоренс».

Джо откашлялась.

– Да. Хорошо. Дайте подумать.

Все не сводили с нее глаз. Наконец, она прочистила горло:

– Не стану говорить: «Она идет во всей красе, подобно ночи[8]», потому что видела Мег с утра, Брук, это то еще зрелище.

– Джо! – одернула ее матушка.

За столом рассмеялись. Они находились в кругу близких друзей, и никто не воспринял слова Джо как наглость. Разве что, пожалуй, Хэрриет. Но Джо совсем не волновало, что о ней подумает Леди Хэт.

Она продолжила:

– Но зато скажу, что лучшей жены вам было не найти.

Улыбки. Ей удалось завоевать публику.

– Как сказал мистер Беннет о Лиззи [9], я не знаю, заслуживает ли кто-либо руки нашей Мег, но мы не отдали бы ее человеку менее достойному, чем вы, мистер Брук.

Она подняла свой бокал. И сидящие за столом последовали ее примеру.

– За счастье…

Ее прервал внезапный стук в дверь.

– …молодых.

Воцарилась тишина.

Мистер Лоренс и Лори переглянулись, оглядели гостей. Приглашенные были в сборе, не так ли? Джо и в голову не приходило, кто может заявиться сюда в такой час, в такой вечер.

В холле раздались голоса. Слуги расспрашивали нежданного гостя, который им что-то отвечал.

Никто не имел ни малейшего представления, кто это мог быть.

Через минуту вошел слуга, а за ним по пятам следовал седой бородатый человек в синей шинели.

– Простите, что прерываю, – начал он, но тут его самого прервали.

– Папа!

– Отец!

Семья подскочила со стульев, бросившись навстречу шокированному и смеющемуся мистеру Марчу.

Отец вернулся домой.

– Ты все-таки приехал! – воскликнула Джо со слезами на глазах.

– Как раз вовремя, как я погляжу, – ответил он, обнимая их всех.

31. Одинокое сердце

Отец не знал, что свадьба должна состояться на следующий день. Точнее, он вообще ничего не ведал о свадьбе. То, что он прибыл домой, проведя в дороге почти месяц и пройдя всевозможные испытания и опасности, оказалось счастливой случайностью.

Его усадили в кресло, а слуги, по приказу мистера Лоренса, принесли стакан хорошего бренди. Он с благодарностью занял предложенное место, успокаивая своих домашних, весь мокрый от их слез. Джо с Мег сидели по обе стороны от отца, а Эми – на полу у его ног. Каждой из сестер хотелось быть к нему поближе.

Немного придя в себя, он рассказал обо всем, что перенес за последнее время и как, получив мамино письмо и узнав о болезни Эми, решил направиться домой. Он написал ответ, в котором сообщал о своем возвращении, надеясь, что мысли о нем придадут Эми сил, и уверяя, что будет дома как можно скорее.

– Мы ничего не получали, – сказала Мег.

– Проклятая почта! – выругалась Джо.