Читаем Двойник (ЛП) полностью

Уже совсем темно, подходит к концу ещё один день. Тучи густые и бесконечные, и я знаю, что не смогу переждать эту бурю. Пора искать место для ночёвки, хотя наступление утра означает, что уже не восемь дней осталось, а семь…

Я мчусь через дорогу - туда, где находится библиотека. Предупреждение Корда, что мне надо убраться из Грида, быстро угасает, как искра нежелательных воспоминаний в голове. Я говорю себе, что послушала бы его, если бы не увидела сегодня своего Альта. Но сейчас я здесь, а идея бродить под дождем в поисках укрытия, совершенно меня не привлекает. Если удостовериться, что её здесь нет, значит я буду в безопасности. По крайней мере, на эту ночь.

Я открываю дверь и вхожу внутрь, глаза мечутся из стороны в сторону, оглядывая помещение по широкой дуге. В первые несколько минут - короткое мгновение, когда все возможно, и она может оказаться здесь - мои нервы на пределе, а сердце бьется в бешеном ритме.

С тех пор как меня активировали, я бывала здесь несколько раз, но проводила тут по часу или два, а чтобы не примелькаться, разбрасывала свои посещения во времени. Рассчитать, сколько еще можно жить по заведенному порядку и оставаться в безопасности - быть безликой, просто очередным Альтом, появляющимся из холода и дождя - это скользкий момент.

Около двух дюжин студентов расположилось за столами, с флекси-ридерами и планшетами перед носом или с телефонами в руках. Горстка людей постарше. Лишь несколько кабинок для занятий из тех, что мне видны, заняты. Я тщательно осматриваю очертания спин, линии плеч в поисках любого намека на опасность.

Ничего.

Однако остальное в комнате для меня загадка. Книжные полки почти достают потолка. Если она спряталась среди стеллажей, то там и останется, пока я не начну проверять их, чтобы убедиться, что все чисто.

Руки возвращаются в карманы куртки - это движение, которое я делаю даже во сне. Одна хватает рукоять пистолета, другая - нож. Всегда наготове.

Затаив дыхание, я иду по открытому проходу, минуя книжные полки. С каждым пройденным стеллажом зона моей безопасности увеличивается. Я иду бесшумно, осторожно и неторопливо. Я чувствую, как перенапряжены силы мозга и тела, как будто я двигаюсь на несколько секунд впереди себя. Я могу видеть, еще не повернув до конца голову; могу делать выводы, еще не поняв все до конца.

В первом ряду слева - мама и три хихикающие девочки. Она шикает на них, приложив к губам палец.

В третьем ряду справа - старик с тростью. С ее помощью он цепляет книгу с верхней полки.

Три ряда дальше слева - подросток, кепка натянута низко на лицо.

Я продолжаю идти, пока не достигаю дальней стены.

Проверка этого этажа завершается быстрым осмотром туалета. Теперь наверх, где хранятся компьютеры, планшеты и печатные издания. Все чисто. Я чувствую, как опускаются мои плечи, а руки в карманах немного расслабляются.

Через несколько секунд я оказываюсь у нужной секции. Прошли всего пара месяцев, но все случившееся за это время заставляет секунды тянуться дольше. Стеллаж со справочной литературой, пятая полка, слева. Я пробегаю пальцами по мягким полинявшим книжным корешкам. “Альтернативы: полная история”. Альты на войне. Они заполняют полки вокруг меня.

Я вытаскиваю книгу. Она тонкая, синяя и древняя, резкий застарелый книжный запах сильно бьет в нос. Я провожу пальцем по выцветшему заголовку на передней обложке. “По ту сторону Совета”.

Как он там говорил? Полная и абсолютная чушь? Мрачная улыбка играет на моих губах. Я до сих пор помню холодное презрение в тоне Бэра, его резкие и пренебрежительные слова. В глазах Бэра и Дайра, Совет не просто больше не держит в руках наши жизни, но еще и по локоть в крови.

Я смотрю вниз на свои руки и представляю метки на своих запястьях под натянутыми рукавами. Эти метки как наручники, приковывающие меня к моему положению страйкера… и к Совету. Ведь если Совет виновен в стольких смертях, то и я тоже? Разве я не изменяю порядок вещей, так же, как и они?

Я не хочу так думать. Я хочу думать, что быть страйкером значит просто делать все, чтобы победить. Что я убегаю, потому что недостаточно убивала, не научилась, не закалилась. Что это совершенно не связанно со страхом.

- Вранье, - я выплескиваю вслух эмоции, хотя никого нет. Со злостью втискиваю книгу на место.

По крайней мере, в одном Бэр прав. Эта книга - все они - не дает ничего, кроме ощущения фальшивой безопасности. В них нет ничего, что помогло бы мне сделать первый выстрел или нанести первый удар, когда меня, наконец, найдет мой Альт.

Чья-то рука дотрагивается до моего плеча, от чего я резко оборачиваюсь. Волна паники подавляет мой самоконтроль. Ослепленная выбросом адреналина, хлынувшим в кровь, я засовываю руку в карман…

Я не готова, не готова, не готова!

… и неуклюже нащупываю свой пистолет.

- Эй! Стой! Погоди! - ужас в голосе мужчины, прогоняет мой страх и я снова начинаю соображать.

Это библиотекарь. Низенький, неуклюжий, безобидный. Его значок небрежно болтается на шнурке вокруг шеи. Руки подняты вверх, как будто он сдается. Его зовут Сол. Он белый как мел.