Читаем Две могилы полностью

Проктор затаился и ждал. Постепенно все звуки затихли, за исключением монотонных шлепков капель какой-то отвратитель­ной жидкости, пахнущей спиртом и формальдегидом.

Проктор подумал, что в следующей комнате тоже есть множество удобных для засады мест. Он вспомнил, что там хранятся старинные инструменты и приборы. Трудно сказать, зачем Еноху Ленгу понадобилось собирать все эти странные предметы, но сейчас это не важно. Где-то в соседних комнатах Проктора поджидает враг.

Бывший спецназовец ждал. Порой победа приходит к тому, кто попросту оказывается терпеливее противника. В конце кон­цов кто-то не выдерживает и начинает действовать. И тут же по­лучает пулю.

Но сейчас в подземелье воцарилась абсолютная тишина. Враг ничем себя не выдавал.

Конечно, могло быть и так, что убийца остался в одной из пройденных комнат, мертвый или тяжело раненный, но Проктор сильно в этом сомневался. Его внутренний голос подсказывал, что Альбан спрятался где-то впереди.

Нужно ждать.

Проктор вытащил из пистолета пустую обойму и вставил дру­гую с двадцатью патронами. Внезапно он услышал хруст осколков стекла под чьей-то ногой.

Он обернулся и, не успев как следует удивиться тому, что убийца все-таки подкрался сзади, быстро нырнул за шкаф и прижался к стене.

Опять прислушался. Весь пол усыпан битым стеклом. По не­му нельзя пройти бесшумно... или все-таки можно?

Очень медленно и осторожно Проктор прокрался к краю каменной арки. Никаких новых звуков он не расслышал. Может быть, что-то просто упало с полки?

Проктор не мог больше терпеть эту мучительную неопределенность. Ему необходимо было знать наверняка, увидеть собственными глазами. Он сорвался с места и бросился в середину комнаты, снова стреляя направо и налево. Что-то мелькнуло спра­ва между разбитых стекол, и он несколько раз выстрелил на бегу, пока не укрылся в нише противоположной стены.

Прижавшись к каменному выступу, Проктор опять прислушался. Он должен был попасть в убийцу или хотя бы поранить разбившимся стеклом. Значит, парень сейчас корчится от боли или, по крайней мере, ослеплен, испуган, растерян.

...Или ему просто очень хочется в это поверить?

Снова раздался хруст стекла, теперь уже точно под ногой у врага.

Проктор выскочил из ниши и побежал, стреляя в ту сторону, откуда раздался звук. Разбитые стекла разлетелись в мелкие сверкающие брызги, тяжело завалился набок шкаф, рассыпая по полу содержимое склянок. Проктор уже понял, что там, куда он целился, никого нет. Пусто. Но он не мог остановиться, пока не доберется до нового укрытия у дальней стены. Только там Прок­тор позволил себе настороженно обернуться.

Как раз вовремя, чтобы увидеть летящий прямо в лампочку камень. Раздался звонкий хлопок, и комната погрузилась во тьму. Проктор тут же выстрелил туда, откуда прилетел камень.

Сквозь арку из соседнего помещения пробивалась скудная полоска света. Тяжело дыша, бывший спецназовец опустил оружие. Сколько патронов он истратил? Обычно Проктор тщательно следил за этим, но сейчас сбился со счета. Он опустошил целую обойму и сделал еще по меньшей мере пятнадцать выстрелов.­ Осталось в лучшем случае пять. Плюс еще десяток в последней обойме.

Похоже, его кошмарный сон — остаться в бою без патронов —­ начинает сбываться.

Скорчившись в темном углу, Проктор думал о том, что его хитрость не сработала. Он столкнулся с очень умелым противником, обладающим удивительной интуицией.

Необходим новый план. Убийца, вероятно, ожидает, что он и дальше будет прочесывать комнаты, пытаясь обнаружить врага. Значит, нужно поступить иначе и вернуться обратно по собственным следам. Пусть противник сам его ищет.

Прижимаясь к стене, Проктор прокрался к проходу в соседнюю комнату. Ее освещала одинокая тусклая лампочка. Пол здесь тоже был усыпан осколками стекла. Теперь он столкнулся с той же трудностью, какую сам приготовил для противника. Невозможно пройти по стеклу, не создавая шума.

Нет, возможно. Проктор наклонился и снял ботинки. Так и не разогнувшись, он медленно шагнул в арку и двинулся вдоль стены, прячась за поваленным шкафом. Очень осторожно, не проронив ни звука, даже когда осколки, проколов носки, впивались в кожу. После каждого шага он останавливался и прислуши­вался.

Откуда-то справа, из-за ряда разбитых выстрелами витрин, донесся короткий вздох. Ошибки быть не могло, это убийца. И он тоже шел по осколкам в одних носках.

Интересно, видел ли он Проктора? Трудно ответить.

Непредсказуемость — вот о чем нельзя забывать.

В отчаянном яростном порыве Проктор бросился к длинному­ высокому шкафу, обрушился на него всей массой и опрокинул. Падая, тот зацепил следующий, за ним еще один, и вскоре все они­ повалились, словно костяшки домино. Лишенные стекол шкафы сложились карточным домиком, погребая врага под собой и засыпая его градом битого стекла, склянками, экспонатами и выпавшими из пазов полками.