Читаем Душа Пустоты полностью

Этим же днём они миновал первую деревню. Не заезжали в неё. Держались дороги, что её огибала. Местные фермы и деревни ничем не отличались от тех, которые Кай привык видеть на родине. Те же бревенчатые избы, те же грядки и скот. Люди одеваются в ту же одежду, говорят на том же языке.

Позже, ближе к ночи, когда они разбили лагерь на опушке, юноша поделился своими наблюдениями с архимагом.

— Всё так, — сказал Ориан, складывая набранный в лесу хворост. — Ты верно заметил, Магистрат и Кирстад очень похожи. К ним можно ещё добавить Вассл, хотя тот за последнее время сильно изменился. Видишь ли, раньше эти три королевства были одним большим государством. — Пока он говорил, среди собранных в одну кучку веток появился маленький огонёк. — Где-то в начале Эпохи Разума произошёл раскол. Королевская власть была слаба. Основное влияние находилось в руках советников, среди которых имелось немало волшебников. В то время магия была распространенная лишь среди элиты, а обычный люд всё ещё находил её кощунственной связью с Недрами и всем противобожным. Магистрат образовался во время смуты. Началась гражданская война, каждый лорд и феодал думал, что он должен занять трон. Это было время предательств, интриг и убийств. В конечном итоге, люди, объединённые владением полями Аркха, попросту выгнали часть лордов с их земель, объявили себя суверенным государством и стали созывать магов со всего света. Отказались от монархии в пользу меритократии. Чуть позже отделился Вассл. Они ограничились менее кровавым путём — просто освоили новую территорию дальше на юге. Не презирали магию, но и особого распространения она там не получала. Васслийцы больше ценят ручной труд, делая ставку на сложные технические устройства, вроде паровых механизмов и пороховых орудий.

— А из оставшихся получился Кирстад? — спросил Кай. Мир, доныне казавшийся ему огромным, даже бесконечным, постепенно становился меньше и понятней.

— Кирстад остался Кирстадом, — покачал головой Ориан. Танцующие языки пламени очерчивали его лицо рыжеватым сиянием. — Приверженцы старых традиций, уже давно обесцененных ими же самими. Их идолы сейчас — это деньги, власть и лицемерная вера в Великую Мать и Великого Отца. Вместо того, чтобы перестать трястись перед развивающимися соседями, они их очерняют. Продолжают строить храмы Агнетты и Марзона, да финансируют уже давно изжившую себя инквизицию.

— Магистрат тоже строит храмы, — пожал Кай плечами. — Что в этом такого?

Ориан махнул рукой.

— Кирстад давно отвернулся от своих богов. Религия им нужна лишь до той поры, пока она приносит деньги и заставляет население бояться и ненавидеть магию.

Архимаг протянул Каю кусок солонины и ломоть хлеба.

— Я не ем, — коротко молвил он. Голода он всё ещё не чувствовал, но зудящее желания впиться зубами в кусок мяса, сидя на природе перед огнём, быстро собрало слюну во рту. Пришлось неловко её сглотнуть.

Грейхард внимательно смотрел на сына фермера. Взял свою порцию. Откусил кусок, принявшись медленно прожёвывать.

— Ты вообще ничего не ел с тех пор? — спросил он, в конце концов.

— Неа. — Кай принялся веткой ковырять янтарные угли, пожираемые пламенем. — Только воду пил.

— Значить, пить можешь?

— Могу, но жажды не испытываю. Просто от воды не тянет блевать чёрной слизью.

— Мхм. — Ориан задумчиво уставился в костёр. — Плохой знак, Кай. Очень плохой.

— А по-моему удобно. Я мог целыми днями изучать синэр или медитацию, не прерываясь на обед и ужин. — Он ожидал услышать похвалу от архимага, когда упомянул свои потуги в освоении магии, но тот по-прежнему следил за языками пламени. Даже про трапезу забыл. — Конечно, иногда хочется чего-нибудь вкусного, но… Холод, кстати, тоже мне больше не страшен. Как-то раз в Академии…

— Не нравится мне это, Кай, — перебил его Грейхард. — То, о чём ты сейчас рассказываешь свойственно высшей нежити.

Веточка, наполовину обуглившаяся, выпала из руки Нэри младшего.

— Я… Я мертвец?.. — Его словно водой окатило.

Ориан продолжил уплетать свой ужин.

— Пока не будем говорить наперёд, — пробурчал он с набитым ртом. — Рыцаря Бездны можно сравнить с личем, у которого в качестве филактерии отражение в зеркале. Помнишь, я говорил тебе, что невозможно воскресить человека? Что итогом подобных попыток будет искажённая и далёкая от оригинала копия. Страшная. Мерзкая. Это, если бы за дело брался обычный маг. Даже могущественным некромантам не под силу в полной мере побороть смерть. Мёртвый всегда будет оставаться мёртвым. Это не исправить. Но… Пархар не обычный маг. Даже самым великим чародеям и чернокнижникам до него далеко, как нам до звёзд на небосводе. Он полубог, которого питает энергия Небес. Быть может, всемогущим и дано провернуть нечто подобное.

Кай не знал, кто такие личи и что такое филактерия, но сравнение с нежитью его раздавило. Опасался, что это необратимо.

«Лучше об этом не думать. Просто сменю тему».