— Боюсь, мы не можем медлить и, тем более, подвергать вас и вашу дочь опасности. Кай, — он выдержал секундную паузу, — оказался связан с очень опасным существом. — Впрочем, вы и сами всё видели. Его природа даже нас, мастеров Академии, ставит в тупик.

— Ужас какой, — она прикрыла рот рукой. — Кай, ты как?

— Я думаю, всё будет хорошо, Мира. Вам с Элаем не о чем переживать, — заверил её юноша.

— И что с ним будет, милорд?

— Как я и сказал, Академия не в силах помочь ему. Мы не знаем, что это за существо. Но есть тот, кто знает, — твёрдо заявил Грейхард. — Мой учитель. Он не из этих земель. Не подданный Магистрата. Я отвезу Кая к нему.

Его слова немного успокоили Миру. Она положила руки на колени, разглаживая фартук.

— Но он же ещё сможет вернуться домой? — спросила она.

— Это зависит от того, какое решение примет мой учитель, — честно признался Ориан.

Вытерев прокатившуюся по щеке слезу, Мира встала и подошла к ним. В следующую секунду Кай ощутил её крепкие объятия. Она прижалась к его груди.

— Ты уж держись там, братик, — горько молвила она. — Милостью Богов, поди, ещё встретимся. — С улыбкой посмотрела ему в глаза.

— Конечно, встретимся, — пообещал Кай и в шутку добавил: — Будто они смогут удержать меня от этого.

На этом они и распрощались. Уходя, он ещё раз бросил взгляд на родной дом, чувствуя тепло и уют, которые тот подарил его душе, наказав хранить и беречь. Вспомнил всё хорошее, чем была для него эта старенькая бревенчатая избушка, и с улыбкой потопал за Грейхардом.

Глава 10. Осквернённый храм

1

Перед домом богини жизни и плодородия стояли люди. Толпа. Примерно половина от того числа людей, что обычно собирается на рыночной площади в праздничные дни. Раненные, покрытые ожогами и лишившиеся крова, они обречённо смотрели в высокие двери, ожидая, когда же служители Агнетты смогут принять их. И, несмотря на то, что солнце уже перевалило за полдень, храм оставался закрытым.

Элай места себе не находил. Расхаживал взад-вперёд. Руки были опущены на бёдра, где висел старый отцовский ремень с небольшим охотничьим клинком в ножнах. После того случая с Дарффи, Нэри старший больше не выходил со своего участка без хоть чего-нибудь, что могло сгодиться в качестве оружия.

Рядом сидела на скамейке матушка. То и дело она сдавлено крякала и кряхтела, не размыкая губ. Пыталась сдержать кашель.

— Будет тебе, сынок. Сядь, успокойся, — ласково, хоть и с хрипотцой, проговорила она. — А то вон домой пошли. Жёнушка-то твоя, небось, совсем там заработалась. И детей и хозяйство на неё оставили.

Она снова закряхтела и на этот раз заглушить кашель у неё не вышло.

Элай сел на скамейку рядом с ней.

— Надо было мне сильнее ставни закрывать… — корил себя он. — Гарью надышалась за ночь.

— А всё же… кхе… кхе… кхм… — под конец матушка зажала рот рукой. — Всё же жалко лесок-то, — продолжила она. — Добрый лесок был. Столько ягод и трав полезных. Надеюсь, милостью Агнетты, новый будет такой же.

Их отвлёк громкий стук в двери храма. Один из местных, — точно не фермер, думал Элай, — яростно колотил дверь и без толку дёргал увесистую кольцевую ручку, отчего та бренчала тяжёлым звоном металла.

— Да сколько можно народ мучить?! — приговаривал он, пытаясь докричаться до священнослужителей. — Мы сейчас в Академию жаловаться пойдём!

К ним вышел высокий жрец с длинной чёрной бородой. Выглядел он уставшим и каким-то потрёпанным. Будто всю ночь гонял крыс в по подвалам.

— Мне жаль, но сегодня дом милостивой Агнетты не может принять вас, — низким басом проговорил он. — Нельзя.

Мужичок, что стоял перед ним, чуть не поперхнулся:

— Ды… Д-да… Да как так такое возможно вообще?!

— Нельзя! — громче повторил жрец. — В Академию можете не обращаться. Мы уже сами сообщили.

Толпа зашумела пуще прежнего.

«Может, действительно, лучше завтра подойти?» — глядя на всё это, думал Нэри старший.

— Элай! — вдруг окликнул его знакомый возглас.

Элай обернулся. Его хмурое бородатое лицо мигом засияло.

— Кай! Братец!

Стоило Каю только подойти, как богатырь сжал его в объятиях.

— Ну как ты, малой? — рассмеялся он.

— Если не раздавишь, буду в полном порядке, — весело ответил Нэри младший, чувствуя, что не может сделать ни вдоху. Элай выпустил его. Тот поправил помятую мантию и взглянул на маму, что сидела рядом.

— Здравствуй, матушка, — горько улыбнулся Кай.

Ответа не последовало.

— Да мы вот… — подал голос старший, дабы разогнать сгустившийся мрак, — лекаря решили навестить. Ночью такой пожарище прогремел. Весь Хвойный Берег смело! А матушка, вот, надышалась, пока спала. Надо было нам местами поменяться… упустил я это… Ну да что ты, братец! С товарищем своим познакомь хоть!

Ориан, что до сей поры стоял позади Кая, не вмешиваясь в дела семейные, подошёл ближе. Пожал старшему Нэри руку.

— Ориан Грейхард, — представился он. — Архимаг Академии Вельфендора.

— М-милорд. — Элай явно не ожидал такого поворота. — Доброго в-вам урожая.