Светская жизнь — бизнес, и ее подлинная история определяется, конечно, за пределами салона Анны Павловны, путем составления бизнес-планов, поисков адекватного инвестора и долгих раздумий о том, куда повалит пипл, а куда нет. И если следовать этой простой логике, совет директоров должен состоять из так называемых промоутеров — то есть людей, умеющих грамотно впарить нужной аудитории очередной светский продукт, при этом «стряся баблишка» (это их терминология) и с учредителей тоже. Разбавить получившийся довольно скучным ареопаг (промоутеры — люди не слишком огневые) можно парой-тройкойприятных дежурных лиц — Андреем Малаховым (за то, что он стоически держит связь между тусовкой и аудиторией Первого канала), Федором Бондарчуком (просто потому, что им разбавляют сейчас абсолютно все) и, конечно же, Ксенией Собчак, без которой светское собрание кажется неполноценным.

Отдел кадров

Как стать светским человеком? Глянцевые журналы дают ответы на все вопросы. Кроме этого. Возможно, самого важного. Меж тем, в то время как сотни тысяч обманутых глянцем девочек и мальчиков мечтают о первом бале Наташи Ростовой, светская корпорация тоже размышляет о поисках новых фигурантов — свежая кровь необходима, без нее мы очень быстро превращаемся в сцену из фильма ужасов. Пополнение идет из трех источников.

Актеры, особенно молодые, безмозглые, с неизбежностью вливаются в светскую жизнь. Сначала — потому, что их обязывает к этому, в рамках раскрутки фильма, жесткий контракт с продюсером, потом приходит ощущение невыносимой легкости бытия, удовольствие от ничегонеделанья (хорошо мне понятное), наступает привычка и происходит распад. Это не сугубо капиталистическая история: на закате московского Дома кино вечерами можно было наблюдать с десяток известнейших советских актеров, безобразно завершавших так мощно начинавшиеся карьеры. Музыканты, художники, певцы — светская корпорация отнимает любимцев у всех действующих муз. Среди самых грустных наших потерь — артист Большого Николай Цискаридзе. До него сочетать светскую жизнь с занятиями у балетного станка не удавалось никому. В какой-то момент показалось, что произошло чудо, и у него получилось. Но, увы, это именно показалось.

Вторая, и очень надежная кузница светских кадров — проститутки обоих полов. На одном из недавних модных показов я обратил внимание, что почти все «модели», по окончании показа позировавшие для светских фотографов с бокалом «Моэта» в руках, предлагали мне или моим близким знакомым секс за деньги. Один даже хотел отдаться за пригласительный на банкет в «Метрополе» — там он планировал завязать «нужные знакомства». И вот теперь эти милые люди наравне с другими — с потенциальными клиентами, если называть вещи своими именами, — отпускают светские шутки, тянутся к канапе и даже удостаивают меня приветственным кивком. И я, по правде говоря, в тот вечер бежал, оставив режиссера Житинкина, пропускающего разве что презентации парикмахерских в спальных районах, одного на растерзание жадной до хлеба и зрелищ богемы.

И, наконец, самый крупный поставщик — Рублевка, то не вполне внятное по географии, социальному статусу и финансовым возможностям варево, что называют этим словом. Я уже имел однажды возможность выступить в защиту «рублевских жен» — и с удовольствием сделаю это еще раз. Мне кажется, что быть отчаянной домохозяйкой ничем не плохо. Такая же существенная женская профессия, как портниха, писательница или телеведущая. Это и право, и обязанность рублевской жены. Известно, что королева Великобритании не должна покидать пределы Британского Содружества дольше, чем на две недели в году. Накладывает королевский статус и другие ограничения. То же и с Рублевкой: это, как говорил Вожеватов, «не цепи — кандалы». Невозможно жить в Жуковке — и не пойти на Элтона Джона в Барвихе Luxury Village. Замечу, что так же трудно, почти невозможно, жить в композиторском доме в Брюсовом переулке — и не пойти, скажем, на концерт Леонской в Большой зал. У каждой корпорации свои обязательства, свои «можно» и «нельзя».

Бухгалтерия

Это — самый интересный департамент светской закулисы. Кто платит? Кто заказывает музыку? Что за сила собрала в одном месте в одно время столько разных занятых людей? Неужели им не любо сидеть за собственным столом, с женой, с родителями, с детьми — вместо того, чтобы по холоду, пурге, в дождь и зной тащиться на другой конец Москвы ради пары снимков в «ХБ»?