- Надеюсь, это что-то крайне важное, - вздохнул он, пробираясь за Бедой к лестнице.

- Суди сам, - отозвался наемник, почти не разжимая губ, - императорский пес встал на след.

- Как это случилось? - мгновенно подобрался Монтрез.

- Гриф не нашел ничего лучшего, чем честно расплатиться с эмиссаром за свой проигрыш фальшивыми монетами. Удивляюсь, как он командует кораблем, мозгов меньше, чем у кошки.

- У него очень толковый шкипер, - Эшери присел на перила. - А еще, друг мой, у тебя та же болезнь, что и у Маркиза. Ты слишком хорошо думаешь о людях. Недооценивать их опасно, но и переоценивать не стоит. Сомневаюсь, что Уно вообще понял, что с монетой что-то не так. Ему все эти аверсы-реверсы до одного места, а императоров - ни одного, он в глаза не видел, и вряд ли способен отличить друг от друга. И - уж точно понятия не имеет, что за зверь - императорский эмиссар и как велики его полномочия.

- Об этом и я особо не в курсе, - признался Беда. - Просветишь? Он что, может своей волей повесить Уно на воротах? Без суда?

- Скажу больше. Он может и меня повесить без суда. И ничего ему за это не будет... по крайней мере - сразу. Открытый лист. Его голос - голос Императора, его рука - рука Его Величества. Как-то так. Кавенди нужен только подходящий повод. А фальшивые деньги - это повод, и еще какой. Лучше только, если бы он нашел у меня в замке молельню Темных Богов и поймал нас с тобой с поличным за обрядом наложения смертного проклятья на члена императорской семьи.

- Пора вызывать отряд?

Эшери мгновение подумал. И качнул головой.

- Слишком явно. Все равно, что табличку на грудь повесить: "Мы что-то задумали, поймайте нас и допросите с пристрастием". Хуже - только побег.

- И что будем делать? Кавенди дал сроку до утра...

- Справимся. Уже большие мальчики. Пойдем, не вежливо надолго бросать гостей.

Глава 13. Весело и Опасно (Четыре дня до казни)

Толпа - это всегда интересно. Просто так толпа не собирается, она образуется там, где происходит что-то... Что-то, что выходит за рамки обыденности. Пожар, убийство, выступление бродячего цирка.

- Ваша Светлость, вы вовремя. Мне как раз удалось уговорить господина Кавелье показать нам парочку фокусов.

Юная, решительная, рыжая... Воистину, убийственное сочетание для мужчин. И Виола была бы замужем, давно и, несомненно, удачно. Даже не смотря на то, что ее отец беден как храмовая мышь. Если бы не вбила в свою рыжую, слегка растрепанную голову, что влюблена в Монтреза и обязана стать следующей Ее Светлостью.

- Фокусов, - вихрастый парень, хорошо, но не броско одетый сделал вид, что обиделся. Но в темных глазах его плясали морские демоны и осьминоги. Эшери ни с чем не спутал бы этот танец. Сам сколько раз видел такой же точно - в холодной серебряной поверхности зеркала, как раз перед тем, как шагнуть в неизвестность. - Между прочим, я угадал приближение нашего гостеприимного хозяина, стоя к нему спиной!

- Да, кстати, как это вышло? - Виола бесцеремонно обошла парня и уставилась герцогу в глаза: прямо, упрямо, с вызовом. "Не торгуюсь, не знаю страха, не вижу препятствий..." У некоторых старых дворянских родов их пафосные девизы были вышиты на белье... У Виолы он был выжжен в сердце. Видимо, за неимением денег на белошвеек. - Объясните нам, господин Кавелье. Вы не могли узнать его по шагам, Эшери ходит совершенно неслышно.

... Монтрез в десятый раз спросил себя, почему он до сих пор не выслал девчонку куда-нибудь за Готлер. И в десятый раз ответил - потому что она, единственная из всей местной знати, "по собственной воле и без принуждения" звала его по имени. Для женитьбы, конечно, повод был слаб, но чтобы простить некоторые сумасбродства - вполне годился.

- Он просто увидел отражение в какой-нибудь отполированной поверхности, - фыркнул отец рыжей.

- Ах так! - вихрастый выпрямился, - надеюсь, господин барон, ваш шейный платок достаточно плотный... хоть и не из айшерского шелка.

- Что вы хотите сказать, - нахмурился тот.

- Завяжите мне глаза. Ну, завяжите же, не бойтесь, я не собираюсь тут заклинать демонов. Я просто  завязанными глазами угадаю, что каждый из вас делал в определенный день и даже час. Давайте, завязывайте. Это для того, чтобы скептики не говорили потом, что я просто сведущ в физиогномике или еще в каком-нибудь шарлатанстве.

Барон все еще хмурился, когда Виола решительно подошла, в два движения распутала хитрый и модный узел... без колдовства ясно, кто завязал его, при том, что денег на приличного камердинера в этой семье тоже не было.

- Поворачивайтесь, господин Кавелье, - скомандовала девушка, - я сама завяжу узел так, что никто не заподозрит подвоха.

- Умоляю, прекраснейшая, только не на шее... - вихрастый притворно вздохнул и повернулся спиной.

Лора была тут же. Она стояла чуть поодаль от толпы, вертела в пальцах уже опустевший бокал и обводила всех внимательными, широко посаженными глазами. На высоких скулах горел слабый, но заметный румянец. Она либо выпила что-нибудь крепче "Шарди" этого года, либо волновалась.