Читаем Дубль-луна полностью

- Хорошо, - слегка смягчился эмиссар императора, - завтра с утра. Я буду благодарен, если вы донесете это распоряжение до Его Светлости. Если утром я не получу объяснений, которые меня устроят, Монтрез будет объясняться не с мной, а с расследователями в Лонгери. Вам все понятно?

- Предельно, - заверил Беда, коротко поклонился и бесшумно исчез.

Смотреть на работу настоящего профессионала всегда приятно. В чем бы она не заключалась. Кладет ли он камень, поднимая стену будущего дома, ряд за рядом. Подстригает ли кусты, приводя в порядок садовую изгородь. Чинит ли башмаки или... мухлюет в кости.

Зрелище кубиков, которые катались по столу "как по ниточке", раз за рабом выбрасывая не просто удачные, а единственно нужные комбинации притягивало десятки взглядов! Они казались даже не зачарованными, а - имеющими собственный разум, душу, сердце и, безусловно - влюбленными в вихрастого паренька, чье движение кистью руки со стаканчиком могло заворожить не хуже, чем работа Мастера Ментала... Хотя - игрок не колдовал. Каждый второй здесь был магом, хотя бы латентным - и чувствовал это.

Но что-то здесь, определенно, было! Ведь не слепая же удача заставляла столбики монет перед ним расти. Сейчас их было столько, что впору открывать не "костяной", а настоящий банк.

Маршал смотрел не на руки - он уже понял, что там будет - то, что захочет игрок, и ничего иного. Как он это делает - вопрос, конечно, интересный, но... не настолько. Эшери смотрел на лицо. Молодое, совсем юное. По "роли" пьяненькое и бесшабашное, с улыбкой, рассеянной и глуповатой...

Неужели никто этого не видит? Не замечает в упор: лицо богатого пьяного бездельника, привыкшего сорить деньгами на полдень и на полночь... а руки - шулера. И не просто шулера, а мастера, почти волшебника. И никому не бросился в глаза этот контраст? Не насторожил, не заставил схватиться за канделябры? Вот в чем настоящая магия... А остальное - лишь мишура. Ширма. Балаганные фокусы, цена которым - медяк, и то если у вас доброе сердце.

...Лору он, конечно, заметил. Сразу. Было бы трудно не заметить такую женщину. И это тоже был вопиющий контраст. Накануне его замок навестила отчаявшаяся вдова, готовая всю ночь простоять под дождем, на коленях - если это поможет вымолить милость лорда.

Красавица в пышном, сильно декольтированном платье цвета морской волны, с высокой прической, перевитой жемчугом и манящим взглядом больших карих глаз - не встала бы на колени даже перед палачом. Это читалось во всем: невыносимо гордой посадке головы, твердой линии подбородка, идеально прямой спине и плавном, покатом но, вместе  тем - непреклонном развороте оголенных плеч.

Она, единственная здесь, кроме самого Эшери, следила не за рукой удачливого игрока и непонятным, но от этого еще более влекущим танцем костей. Она разглядывала людей, собравшихся вокруг стола. И это было не праздное любопытство, о - нет! И даже не расчетливое, прикидывающее, с каким может смотреть на мужчин одинокая, рано овдовевшая женщина. Лора смотрела на гостей маршала так, словно видела намного больше остальных словно лица и руки рассказывали ей какую-то необыкновенную и увлекательную историю.

Про себя Монтрез порадовался, что отец в свое время так жестко и непреклонно учил его "держать лицо", чтобы по нему нельзя было угадать его истинные чувства. Оказалось - крайне полезная наука. Если бы не она - играть против такого мастера было бы еще большей глупостью, чем плевать против ветра.

Но как же она хороша! В обоих своих ипостасях: нежной фиалки - и ядовитой змеи в засаде.

Эшери никогда не врал себе - Лора зацепила его. Не настолько, чтобы разбить сердце - молодой маршал был вовсе не уверен в том, что оно у него вообще "бьющееся". Но достаточно, чтобы не упускать красотку из вида. Его всегда влекли опасные женщины. Может быть, поэтому он и не влюбился в красавицу-кузину. Алета нуждалась в защите, а холодное сердце Эшери было способно дать искру, лишь если защита требовалась ему самому. Такой вот парадокс...

Разумеется, заметил он и ее спутника, серьезного бойца. Не смотря на низкий рост и уродливый горб, в поединке на шпагах он, наверняка, был хорош - скупые, отточенные движения не говорили - кричали об этом на весь зал... Демоны, почему никто этого не слышит? За то время, пока Эшери краем глаза "пас" любопытную парочку, горбуна толкнули трижды, один раз наступили на ногу, а уж сколько презрительных и брезгливых взглядов послали - герцог считать бросил.

Как неосторожно! Монтрез насчитал, минимум, четыре неоспоримых повода для дуэли и, наблюдая за горбуном, еще больше уверился - дуэли закончились бы плохо для оскорбителей. Но темноволосый парень с ледяными глазами смотрел лишь строго на тех, кто подходил к Лоре, профессионально отмечая оружие и готовность к нападению. Не просто спутник и не кавалер на вечер. Телохранитель. Опытный - он был спокоен, не смотря на возбужденную толпу вокруг "объекта охраны".

Почувствовав легкое прикосновение к локтю, Эшери подосадовал. Здесь было слишком интересно, чтобы уйти без сожалений.