Читаем Древний Перн полностью

— Как ты полагаешь. Тьеро ни о чем не догадывается? Твой арфист не глуп... и очень внимательно на нас смотрит.

— Кто может знать, о чем думает этот хитрец? Я сказал ему, что мы летим в Керун, к мастеру Баль-фору, посоветоваться насчет применения вакцины.

Они расселись; Б’лерион настоял, чтобы Оклина заняла место перед ним, и надежно пристегнул ее к ремням упряжки. За бронзовым всадником сидела Морита — она собиралась помочь ему направлять дракона. За ней — Алессан с Десдрой; последним, как самый опытный из пассажиров, мастер Капайм.

— Орлита, я постараюсь вернуться поскорее, — передала всадница своей драгоценной королеве.

— «Набет так и обещал», — услышала она беспечный ответ.

— Морита, — оклик Б’лериона прервал их беззвучный разговор. — Я уже вообразил Алую Зведу и луны. Если глядеть на северо-запад, то Звезда должна стоять над самым горизонтом. Белиор поднялся ровно наполовину, а серп Тимора находится в зените. Теперь ты представь себе, как выглядит это ущелье в Исте, вспомни осеннее тепло и запахи леса...

Набет волновался, но взлетел так плавно, что люди даже не заметили, как очутились в воздухе.

Перед мысленным взором Мориты возник одетый в осеннее убранство лес Исты, отвесные скалы, окружающие ущелье, зловещее око Алой Звезды на горизонте, поднимающийся Белиор и безмятежно сиявший на небосклоне узкий серп маленького Тимора. Она сосредоточилась на этом видении и почувствовала, как Набет ушел в Промежуток. И вот они уже кружат над скалистым побережьем Исты, над густым лесом, над зарослями деревьев, где каждый цветок лучезарно улыбается поднимающемуся из-за горизонта солнцу.

Бронзовый сразу заметил каменистую площадку под скалой, где всегда приземлялась Орлита. Короткие секунды планирования, когда воздух свистит в ушах, а крылья неподвижны, словно высеченные из камня, крутой разворот—и посадка, уверенная и плавная, как и взлет.

— Шипы лучше собирать чуть-чуть ниже по склону, — сказала Морита, готовясь спуститься на землю.

Не дожидаясь, пока Набет поднимет ногу, чтобы по традиции облегчить спуск всаднику и пассажирам, Б’ле-рион с радостным гиканьем ринулся вниз. Дракон даже зашипел от удивления и, выгнув шею, недоуменно уставился на своего всадника.

— Ты мог вывихнуть и вторую руку, — укоризненно сказала Морита, но не выдержала и рассмеялась.

— Мы что, действительно в будущем? — недоверчиво спросил Капайм, передавая Алессану свернутые мешки для шипов.

— Надеюсь, — ответил Б’лерион, с напускным сомнением косясь на Мориту.

— В будущем, в будущем, — успокоила лекаря всадница, бросив взгляд на висевшие в небе Алую Звезду и луны. Она старалась говорить спокойно, но — странное дело! — ощущала необыкновенную, безмятежную радость. Ну ничего, стоит начать работу и все пройдет...

— Пойдем сюда, — она показала на расположенные чуть ниже площадки заросли деревьев. — В прошлом году я собрала тут отличный урожай игольчатых шипов. Разумеется, с разрешения Исты — они там предпочитают более доступные местечки.

Ложбинка, куда Морита привела своих спутников, тянулась с севера на юг — след давнишнего землетрясения. Тонкий слой земли, покрывавший камни, не давал опоры корням больших деревьев, но кустам игольчатых шипов хватало и этого. Они росли в гордом одиночестве. Казалось, даже лианы, обвивавшие все вокруг, стремились держаться от них подальше. Алессан, никогда не видевший такое странное растение, удивленно приподнял брови.

— Эти кусты плотоядные, — пояснила Морита. — Летом и весной шипы выделяют яд. Если насекомое или мелкий зверек наколется на шип, куст высосет из него все соки. Так продолжается до самой осени, вплоть до того момента, когда толстый стебель не накопит достаточно питательных веществ для зимовки. Говорят, что плоть стебля довольно вкусная.

Оклина содрогнулась от отвращения, но Десдра, наоборот, с любопытством принялась разглядывать безвредное сейчас растение.

— Кроме того, — продолжала Морита, — летом и весной куст испускает притягательный для насекомых аромат. Впрочем, он не брезгует и более крупной добычей. Видите, вон там сломанные ветви? Куст поймал слишком сильное животное, и оно вырвалось.

— Ты сказала, что шипы отравленные, — заметил Б’лерион, явно не горя желанием приступить к сбору.

— Весной и осенью, — кивнула Морита, — но сейчас яд иссяк. К зиме куст сбросит высохшие, ненужные больше иглы, а весной на их месте вырастут новые. Собирать шипы следует вот так... — проведя рукой вдоль ветки, она показала полную горсть длинных острых игл. — Все очень просто, только не нужно торопиться. Собирайте не торопясь, чтобы не обломать кончики шипов. Да, еще старайтесь не касаться стебля — видите, на нем такие тонкие короткие волоски? Если они заденут вашу кожу, то получится раздражение. Не страшно, конечно, но объяснить появление красноты будет не просто.

— Мы не сможем их так везти, — заметил Капайм, глядя на пригоршню игл в руке Мориты.