Читаем Древний мир полностью

Собственно, зарождавшиеся нововведения солнцепочитания легко укладывались в прежние понятия и не противоречили старым обычаям еще в конце третьего года царствования. Правда, при отделке вельможеских гробниц стали уделять особое внимание Солнцу и его царственному почитателю, однако оно именовалось по-старому «Ра-Хором-Небосклонным», «большим богом, владыкою неба», реже попросту Ра, то есть «Солнцем». Даже древний антропоморфный солнечный бог Атум, позже отвергнутый, пользовался тогда при дворе известной популярностью. Наименование Атон («Видимое Солнце») уже охотно прилагалось к царскому богу, хотя таким употребительным, как впоследствии, оно не было. Тем не менее, именно Солнцу воздвигали храм – «Дом Атона». Работами по сооружению храма руководил царский стольник Пареннефер. Впрочем, на третьем году царствования у нового бога имелся еще один храм под другим своеобразным наименованием – «Дом Ра, ликующего на небосклоне». И это очень странно. Дело в том, что в «Домах ликования» проводился обычно праздник «хебсед», который по египетской традиции отмечается в год 30-летия правления фараона, когда, как считалось, возникает опасность физической слабости фараона и надо позаботиться о его «возрождении». (Этот обычай идет от эпохи первобытных общин, когда вождя умерщвляли по достижении им определенного возраста. Позднее, с развитием цивилизации, вместо вождя убивали раба, а потом этот ритуал стал лишь символическим.) Естественно предположить, что название «Дом ликования в небосклоне» было вызвано успешным преодолением каких-то «неполадок», происшедших с Солнцем. Царь же ввел к концу третьего года в свою титулатуру необычный эпитет – «большой по веку своему», то есть долговечный.

Никаких признаков отрицания старых богов и в конце третьего года царствования незаметно. Никто не возбранял придворным изображать и призывать в их гробницах любые древние божества и даже представлять царя и его мать почитающими их. В глазах вельмож бог столицы Амон все еще был важнее нового бога. И даже вдали от Фив народ клялся как ни в чем не бывало Амоном и царем.

Незадолго до начала четвертого года царствования Солнце получило новое, особенное имя. Обозначения, под которыми царское божество было известно в первые годы правления, – «Ра-Хор-Небосклонный», «Ликующий на небосклоне», «Атон» – были объединены с довольно частым в те времена наименованием Солнца «Шу» («Шау») в одно сложное имя «Ра-Хор-Небосклонный, ликующий на небосклоне под именем своим как Шу, который есть Атон». На первое время верховным жрецом новоявленного бога фараон провозгласил себя, и этот жреческий сан в течение нескольких месяцев значился в царском титуле.

Не позже начала четвертого года, а вероятно, гораздо раньше, царь отрядил множество людей из своей страны, от ее южного края до северного, в песчаниковые каменоломни к югу от столицы. Здесь под наблюдением сановников и начальников резчики ломали камень для столичного солнечного храма, а также высекали для него большой столп наподобие почитавшегося в древнем городе Солнца Гелиополе (Ане) и затем все это отправляли по реке в Фивы. Свое сооружение царь воздвигал рядом с государственным храмом Амона в Карнаке. На 3—4-м годах его царствования строительство продвинулось настолько, что можно было приступить к отделке стен изображениями, которые пока что мало отличались от прежних, и надписями. Образ Солнца в виде человека с головой сокола, увенчанной солнечным кругом, был унаследован от древнего «Ра-Хора-Небосклонного». Изображения царя, посвящающего или подносящего приношения, тоже следовали старым образцам.

Хотя в каменоломнях работали на нового бога, над оставленной там (незадолго до начала четвертого года) памятной надписью Аменхотепа IV изобразили все-таки перед Амоном, который в глазах сановников оставался главным богом государства. Да и сам фараон хоть и строил храм новому богу в столице, отцовские изображения в далеком эфиопском храме, на которых Аменхотеп III был представлен почитающим Амона, переименовал в свои. Даже несколько месяцев спустя после того, как Солнце назвали новым особым именем, не кто иной, как верховный сановник государства Рамос, изобразил себя в гробнице подносящим Аменхотепу IV дары сперва от Амона и только потом от нового бога. Никому по-прежнему не возбранялось ни в гробницах, ни в каменоломнях изображать и призывать старых богов, даже представлять фараона в их обществе. Пареннефер мог быть одновременно доверенным лицом царя и «распорядителем слуг бога (жрецов) всех богов». Мало того, некоторые древние боги и мифические существа сохранились в самых новых представлениях солнцепоклонничества. Духи священного города на западе Низовья, люди с соколиными головами вместе с песьеголовыми обезьянами по-прежнему воздавали хвалу восходящему Солнцу; и тех и других изображали на стенах храмов и ваяли из камня.