Читаем Драконы моря полностью

Но человек, пришедший из лагеря вэрендцев, был высок, властен с виду и не боялся подходить близко к обнаженным женщинам На нем была широкополая шляпа и синяя рубаха из дорогой ткани, в руке у него был красный щит, а на широком серебряном поясе висел меч. Женщины засмущались, когда он приблизился к ним, и попытались, как могли, прикрыть наготу. Некоторые вырвали пучки травы, дабы отереть кровь со своих уст, но все остались стоять там, где стояли.

Незнакомец пристально посмотрел на них и кивнул.

— Не бойтесь, — сказал он дружелюбным голосом. — Такие вещи не занимают меня, разве что только весной, и женщине, которая мне приглянулась, не нужно скакать через костер. Не буду отрицать, что многие из вас более миловидны, когда обнажены, нежели, когда одеты. Но так и должно быть. А кто этот дрожащий малый с закрытыми глазами, что стоит в середине вашего круга? Он так недоволен вашим видом?

— Он — поп! — завопили старухи. — Он убил Стюркара!

— У попов в обычае драться друг с другом, — спокойно ответил человек. — Я всегда это говорил.

Оп подошел к телу старика, заложив руки за ремень, и постоял, глядя на него. Потом он ногой перевернул труп.

— Мертв, как селедка, — промолвил он. — Вот ты и лежишь, Стюркар, несмотря на то, что был сведущ в колдовстве, и на ту дружбу, что ты водил с троллями. Не думаю, что многие будут оплакивать тебя. Ты всегда был злобной старой змеей, как я тебе часто говорил. Но, конечно, никто не станет отрицать, что ты был искусным жрецом и знал многое. Иди теперь к троллям, которым принадлежишь, ибо боги вышвырнут тебя из своих покоев, если ты попытаешься войти к ним. Но вы, мои добрые женщины, почему же вы стоите обнаженными на ночном холоде?

— Мы не завершили обряда, — ответили они. — Нам еще осталось пробежать столько же кругов вокруг Камня. Но что же нам делать, если наш жрец, Стюркар, мертв? Должны ли мы покинуть это место, ничего не получив? Мы не знаем, что же нам делать?

— Что было, то было, — сказал незнакомец. — Не печальтесь об этом, ибо я уверен, что найдется снадобье от бесплодия получше, чем резвиться вокруг Камня. Когда мои коровы не приносят телят, я меняю быка. Обычно это помогает.

— Нет, нет! — уныло завопили женщины. — Ты не прав! Ты не прав! Мы не так глупы, как ты думаешь, это единственное средство, которое у нас осталось!

Человек засмеялся, повернулся и хлопнул по плечу магистра.

— Я стою здесь и говорю глупости, — сказал он, — хотя все вы знаете, что я один из самых смышленых людей. Ваш жрец, Стюркар, мертв, но его может заменить поп. Один поп всегда лучше другого, уж поверьте мне, ибо я их повидал на своем веку великое множество.

Он взял магистра за ногу и за шиворот, поднял его и усадил на вершину Камня.

— Давай, трепи языком, — сказал он, — если ты умеешь. Выше голову и произноси лучшие заклинания. Убьем мы тебя или оставим тебе жизнь — зависит теперь от тебя самого. Заговори их, не бойся, сделай так, чтобы их чрево приносило детей. Если сможешь наколдовать им близнецов, будет еще лучше.

Стоя на Камне, магистр трепетал, и зубы его стучали. Но у человека, который стоял внизу, был меч, и взгляд у него был угрожающий и целеустремленный. Итак, магистр вытянул перед собой крест и принялся бормотать молитвы. И чем дальше он читал их, тем мужественнее становился его голос.

Незнакомец стоял и слушал, кивая.

— Это настоящий поп, — промолвил он. — Нечто подобное я слышал и раньше. Не стойте на месте, женщины, пока он не ослаб и костры не прогорели дотла.

Приободрившись, женщины опять принялись прыгать вокруг Камня. И магистр, преодолев свой страх, воспрял духом, и, когда они подходили к Камню, дабы отведать крови, прикоснулся крестом к их головам, благословляя их. Женщины вздрагивали, когда крест касался их. Когда обряд был завершен, они согласились между собой, что поп был хорош и обладает большей священной властью, чем Стюркар.

— Не убивай его, — сказали они, — пусть он пойдет с нами и сделается жрецом вместо Стюркара.

— Как угодно, — промолвил человек в шляпе. — Быть может, он принесет вам больше удачи, чем Стюркар.

Когда он сказал это, чей-то властный голос громко произнес у ручья:

— Дайте этого попа мне.

Орм и его люди видели, что старый жрец упал с Камня, и некоторое время спустя на его месте появился магистр, что заставило их изумиться.

— Быть может, он лишился разума, — заметил отец Вилибальд, — или, с другой стороны, его посетил дух Божий. В руке-то он держит крест.

— Его так и тянет туда, где есть женщины, — сказал Орм мрачно. — Но как бы там ни было, для нас будет большим позором, если мы позволим принести его в жертву, подобно козлу.

Они взяли с собой людей и направились туда. Луну затянуло облаками, и тогда Орм крикнул людям у Камня, поскольку ничего не было видно. Женщины в страхе обернулись, и магистр поспешил слезть с Камня. Но человек в широкополой шляпе шагнул к Орму, и к нему присоединились несколько человек из стражи.

— Кто это там кричит в ночи? — спросил он.

— Дай мне этого попа, — угрюмо промолвил Орм. — Он мой, и я ему не позволял отлучаться.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Добро не оставляйте на потом
Добро не оставляйте на потом

Матильда, матриарх семьи Кабрелли, с юности была резкой и уверенной в себе. Но она никогда не рассказывала родным об истории своей матери. На закате жизни она понимает, что время пришло и история незаурядной женщины, какой была ее мать Доменика, не должна уйти в небытие…Доменика росла в прибрежном Виареджо, маленьком провинциальном городке, с детства она выделялась среди сверстников – свободолюбием, умом и желанием вырваться из традиционной канвы, уготованной для женщины. Выучившись на медсестру, она планирует связать свою жизнь с медициной. Но и ее планы, и жизнь всей Европы разрушены подступающей войной. Судьба Доменики окажется связана с Шотландией, с морским капитаном Джоном Мак-Викарсом, но сердце ее по-прежнему принадлежит Италии и любимому Виареджо.Удивительно насыщенный роман, в основе которого лежит реальная история, рассказывающий не только о жизни итальянской семьи, но и о судьбе британских итальянцев, которые во Вторую мировую войну оказались париями, отвергнутыми новой родиной.Семейная сага, исторический роман, пейзажи тосканского побережья и прекрасные герои – новый роман Адрианы Трижиани, автора «Жены башмачника», гарантирует настоящее погружение в удивительную, очень красивую и не самую обычную историю, охватывающую почти весь двадцатый век.

Адриана Трижиани

Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза
Булгаков
Булгаков

В русской литературе есть писатели, судьбой владеющие и судьбой владеемые. Михаил Булгаков – из числа вторых. Все его бытие было непрерывным, осмысленным, обреченным на поражение в жизни и на блистательную победу в литературе поединком с Судьбой. Что надо сделать с человеком, каким наградить его даром, через какие взлеты и падения, искушения, испытания и соблазны провести, как сплести жизненный сюжет, каких подарить ему друзей, врагов и удивительных женщин, чтобы он написал «Белую гвардию», «Собачье сердце», «Театральный роман», «Бег», «Кабалу святош», «Мастера и Маргариту»? Прозаик, доктор филологических наук, лауреат литературной премии Александра Солженицына, а также премий «Антибукер», «Большая книга» и др., автор жизнеописаний М. М. Пришвина, А. С. Грина и А. Н. Толстого Алексей Варламов предлагает свою версию судьбы писателя, чьи книги на протяжении многих десятилетий вызывают восхищение, возмущение, яростные споры, любовь и сомнение, но мало кого оставляют равнодушным и имеют несомненный, устойчивый успех во всем мире.В оформлении переплета использованы фрагменты картины Дмитрия Белюкина «Белая Россия. Исход» и иллюстрации Геннадия Новожилова к роману «Мастер и Маргарита».При подготовке электронного экземпляра ссылки на литературу были переведены в более привычный для ЖЗЛ и удобный для электронного варианта вид (в квадратных скобках номер книги в библиографии, точка с запятой – номер страницы в книге). Не обессудьте за возможные технические ошибки.

Алексей Варламов

Проза / Историческая проза / Повесть / Современная проза