Читаем Драконий берег полностью

Пальцы прихватывало холодом. Они наполнялись их, начиная от самых кончиков, которые уже занемели, и заканчивая ладонью.

— Чужой беседой, свидетелем которой я стал. И не только беседы. Полагаю, она давно встречалась со Станиславом на этом месте. И отношения их зашли куда дальше, чем стоило бы. Раньше женщины больше внимания уделяли тому, что принято называть моралью.

Ага.

Я услышала. И поняла. И пожала плечами. Какая разница, что было раньше?

— Аннабель рассчитывала, что и Эшби не устоит, женится на ней.

— Это который…

— Отец Ника. Он тогда еще не был женат. Да… однако сам Станислав имел иные планы. Это я уже узнал потом. Когда решился с ним поговорить.

— О чем?

Как по мне ситуация была однозначна.

— О том, что он должен нести ответственность за свои поступки, — спокойно ответил Оллгрим. — Сперва я поговорил с Аннабель. Попросил ее вернуть кольцо, поскольку о свадьбе не могло быть и речи. Я бы понял, откажи она мне сразу.

Он покачал головой и заметил:

— Не возьмут. Смотри, Лютый на волну почти лег, как бы не поломался.

Драконий рык ударился о скалы, разбившись на осколки эха.

— Мы поссорились. АННАБЕЛЬ не считала себя виноватой. Даже когда я сказал, что видел ее с Эшби… она оказалась не совсем той женщиной, которую я себе представлял.

Может, поэтому он так и не женился? Может, теперь в любой искал подвох? А я? Я тоже буду видеть в каждом мужчине Билли? Того классного парня, с которым можно лететь к закату, захлебываясь от смеха?

— Танцуй, крошка, танцуй… — он раскладывал костер, а я кружилась. И пламя летело, плевалось искрами. Оно отражалось в воде лагуны, где мы купались.

Нагишом.

Тот Билли смеялся и кружил меня.

Целовал.

Обещал, что теперь-то все будет иначе…

— Она хотела устроить свою жизнь. Так она сказала. И добавила, что мне не стоит вмешиваться. Я бы и не вмешивался, но дар позволяет видеть больше. Руки отморозишь.

Я вытащила их из песка и пошевелила остекленевшими пальцами.

…в первый раз Билли отвесил мне пощечину спустя пару месяцев совместной нашей жизни. Без повода. Просто мимо проходил и отвесил. И я еще, помню, удивилась, как такое вообще возможно. А он тут же обнял, начал извиняться, что-то там такое говорил.

Я поверила.

И в следующий раз… и опять… и даже когда ребро треснуло, все равно поверила, что он это не нарочно, что я сама виновата. Не нужно было злить его.

— Когда я понял, что не ошибся в своих подозрениях, что Аннабель беременна, я отправился к Эшби.

Надо же, какие здесь кипели страсти.

…а когда я забеременела, Билли хватило одного точного удара в живот, чтобы решить проблему. Теперь, оглядываясь назад, я не могу понять одного: почему я позволяла так с собой поступать?

Почему терпела?

Верила?

Почему убегала, прячась среди скал, ночуя в драконьих гнездах, благо, там тепло? Почему просто не обратилась… хоть к кому-нибудь?!

— Внебрачная связь — это одно, а беременность и внебрачный ребенок — совсем другое. Нас со Станиславом нельзя было считать друзьями… тем более ввиду молодости и, что уж скрывать, обиды, я был не слишком к нему расположен.

…Билли говорил, что мне не нужны друзья.

Их у меня и не было. Кроме Ника. Но Ник как раз был занят с Зои, а Вихо не стало, и все сразу приключилось, поэтому мне и нужен был кто-то, кто отвлек бы.

Отвлек.

Наверное, если бы он не уехал, все бы закончилось печально. Как скоро он бы меня убил?

— Но я пошел. Тот разговор дался мне нелегко. Однако Эшби выслушал. И был внимателен. И пообещал, что позаботиться об Аннабель. Я требовал, чтобы он женился, а он сказал, что девушка, которая обманула одного, может обмануть и другого.

…Билли тоже говорил, что я много лгу.

Он меня прощал.

Поначалу.

Но женская натура такова, что не способна не лгать. Словом, жестом, взглядом. Он видел в моих глазах интерес к другим мужчинам. И обещание измены. Все женщины изменяют, если им волю дать. Билли не давал. Билли умел объяснять, чего делать не стоит.

И я старалась.

Очень старалась.

Только все равно не достаточно.

— Он сказал, что поддержит ее и после рождения ребенка. А если это окажется его ребенок, женится на Аннабель.

— А как…

— У старых семей всегда были способы проверить.

— И что дальше?

— Дальше? Аннабель уехала.

— Куда?

— Понятия не имею, — он пожал плечами. — Она заглянула. Сказала, что ей жаль, что так получилось, но… она красивая женщина и хочет красивой жизни, а не возиться с драконьим дерьмом.

Вот это зря, не так уж много дерьма в пещерах. Совсем малыши гадят или сеголетки, а взрослые стараются свои дела подальше от дома справлять.

— Сказала, что Эшби предложил ей дом в Тампеске, и быть может, у них все сложится. Потом. Когда ребенок родится.

— Но не сложилось.

Оллгрим ответил не сразу. Он смотрел на драконов, которые по-прежнему кружили над морем, но как-то рассеянно, что ли. Видать, кит ушел.

— Она не вернулась. А Эшби женился на другой. Я… нашел повод встретиться с ним. Он часто здесь появлялся, следил за драконами. Так вот, он сказал, что Аннабель слишком много лгала. И когда ложь ее стала очевидна, то… ей пришлось уехать. Он не знал куда. А я… я не стал искать. Зачем?

Только жил один.