Такие артефакты, как она, остаются молодыми с виду дольше, чем женщины, рожденные женщинами. Но не навсегда. И когда к ним приходит старость, она приходит стремительно. Скоро она будет способна лишь на имитацию своих танцев в полете, а затем и это сможет проделывать только в невесомости. Ее крылья увянут, затем сморщатся и засохнут – и наконец совсем отпадут. Даже если она не покончит с собой от отчаяния, то проживет лишь на несколько месяцев дольше.

Она не поймет, что ее ожидает. Не почувствует недоумения или боли, оставаясь в неведении. Тем большим благом была для нее неспособность сосредоточиться на чем-то еще, кроме сегодняшнего дня.

Ей осталось не больше десяти лет. Вероятно, ближе к пяти.

Таковы были горести воина-ку, запертого в линейном времени человеческой культуры. Его друзья умирали, а враги существовали вечно, неизменные, как сами звезды.

Он снова обнял Полночь. Осталось не так много времени для того, чтобы понимать и ценить ее.

Завыли сирены. Он уловил электрические пощелкивания, с которыми включались инерционные системы.

– Курьер вырвался из Паутины. Иди в свою каюту и оставайся там, пока мы не выясним, что произошло.

Тортил говорил таким тоном, который, как ему было хорошо известно, не вызовет вопросов. Она поспешно ушла к себе.

Он тоже отправился в свою каюту, чтобы ожидать решения судьбы.

Через полчаса к нему заглянул Лупо Провик:

– Они пошли на это.

Тортил и так все понял. Он был бы уже или мертв, или спасен, если бы решение оказалось иным.

114

Джо и Ани-Каат, сохраняя между собой дистанцию в три метра, осторожно приблизились к челноку. Такого еще не случалось, чтобы челнок приходил вне расписания. А то, что он, как было объявлено, прибыл специально за ними, казалось и вовсе невероятным. Неужели одно из их писем дошло? Это было бы слишком смелой надеждой.

Гораздо проще поверить, что Дом Трегессеров послал кого-то закончить начатое Провиком.

Возле трапа стоял один из космолетчиков и с тревогой наблюдал за ними. Выше медленно поворачивалась орудийная башня с облезшей краской. Они оказались ниже линии прицеливания, и это обнадеживало, но не успокаивало. Возможно, убийцы хотели сначала убедиться, что выбрали верную цель.

Космолетчик покрылся потом при виде направленного на него оружия. Он судорожно глотнул воздух и прохрипел:

– Лейтенант Джо Класс – это кто-то из вас?

– Допустим, и что дальше?

– Один путешественник на станции разыскивает вас. Если это вы. Нас послали, чтобы вас забрать.

– Кто послал?

– Не знаю.

– Не нравится мне это, Джо, – сказала Ани-Каат.

– Если это наши друзья с… корабля, то они, возможно, не хотят, чтобы кто-нибудь догадался, кто они такие.

– Как и наши враги.

– И все-таки лучшего шанса у нас не будет. Мы выберемся с планеты.

На это Ани-Каат ничего не смогла возразить.

– Ты пойдешь первой? Или лучше я?

Ани-Каат рванулась вперед.

– Подождите! – Космолетчик попытался схватить ее за руку, но промахнулся. Дуло распылителя, который держала Джо, замерло перед его левым глазом. – Она не может войти.

– Почему?

– Мы должны забрать одну только Класс.

– Тебе повезло, ты получишь двух по цене одной.

– Но…

– Она полетит. Или мы обе останемся. – Она достала оружие, подаренное ку. – Один шлепок из этой штуковины – и ваша обшивка уже не сгодится для вакуума. Верно?

Башня завизжала. В воздухе тявкнул, как щенок, хилый раскат грома. Кто-то из наблюдавших за этой сценой слишком возбудился или слишком близко подошел. Это мог быть только предупредительный выстрел.

– Вы умеете находить убедительные слова, лейтенант.

– Ты хочешь отсюда выбраться? Тогда пошевеливайся.

Космолетчик поднялся на несколько ступенек и остановился. Джо подтолкнула его. Он продолжил подниматься.

Ани-Каат поджидала их за люком. Она успела уложить второго космолетчика на пол лицом вниз и теперь прикидывала:

– Еще один в башне и один в рубке управления. Четыре человека – больше на таких посудинах не бывает.

– Тогда в рубку.

Ани-Каат шла впереди. За ней следовали мрачные космолетчики. Челнок, несмотря на орудийную башню, не предназначался для такого грубого ремесла. Когда они подошли к рубке, люк в нее оказался не просто не заперт, но даже не закрыт.

В рубке сидел грузный лысый мужчина. Увидев женщин с оружием, он покачал головой и зацокал языком.

– Пусть СТАЗИС во всем разбирается, – решил он и нажал кнопку. – Спускайся, Мэг. Мы взлетаем.

Ани-Каат заняла одно из двух свободных кресел. Старший из космолетчиков закатил глаза.

– Садись, Марк. Остальные отправляйтесь в салон, чтобы мы смогли поднять с земли этот цирк на колесиках.

Джо посмотрела на него, затем ткнула локтем того из мужчин, кто остался без места.

– Идем. Следи за связью, Ани-Каат.

– А я что делаю?

Когда они добрались до салона, стрелок уже спустилась из башни. Она была похожа на старшего из мужчин. Семейный бизнес? В нынешние-то времена? Но это была В. Ротика-4. Почти заброшенная Домом Меродов.