Читаем Досье Дрездена полностью

Надо отдать Бобу должное — у маленького вуайериста хороший вкус. Превращение в волка и обратно должно быть, по-настоящему фантастическое зрелище, потому что Энди и её нагота чертовски совместимые понятия. Хотя на настоящий момент я был больше впечатлен её очень большим и тяжелым оружием.

— Боб, — произнёс я более строго. Не прикасаясь к нему, я рукой закрыл для него вид голой девушки.

— Эй! — возмутился Боб. — Чёрт возьми, Гарри! Мне не так часто предоставляется шанс видеть их!

Глаза Энди расширились.

— Боб… это и в самом деле он?

— Да, но теперь он работает на плохишей, — ответил Боб. — Возможно, безопаснее всего пристрелить его.

— Эй!

— Ничего личного, — заверил он меня. — Что бы ты посоветовал клиентке, если бы Зимний рыцарь ворвался в её дом, напал на неё и сломал два ребра?

— Не стреляй, — сказал я. — Пули могут отрикошетить, а вокруг нас находится слишком много людей.

После этих слов Энди сняла палец со спускового крючка, но расположила его вдоль затвора. Она медленно выдохнула.

— Это… как раз то, что я ожидала услышать… от тебя, Гарри. Это действительно ты?

— Всё, что от меня осталось, — ответил я.

— Мы слышали о твоем призраке. Я даже могла чувствовать… что-то вроде твоего запаха, когда ты был рядом. Я знала. Мы думали, ты умер.

— Собственно, это не был мой призрак, — сказал я. — Это был я. Просто забыл взять с собой моё тело.

Я закашлялся.

— Ты не могла бы направить эту штуку в другую сторону?

— Мой палец не на спусковом крючке. Не будь таким ребёнком. Я думаю, — она внимательно осмотрела меня и спросила:

— Хорошо, допустим, ты — это ты. Что ты здесь делаешь?

— Пришёл за черепом.

— Я бесценен! — пискнул Боб.

— Полезен, — нахмурился я. — Не петушись.

— Я вижу, что ты пришёл за черепом, — сказала Энди. — Но почему именно сейчас, посреди ночи? Почему ворвался? Гарри, нужно было всего лишь попросить.

Я заскрипел зубами.

— Энди… У меня мало времени. Так что я объяснюсь коротко, хорошо?

— Давай.

— Когда я вламываюсь сюда и краду что-то у Баттерса, он — потерпевший, и не будет никаких особых последствий. Если бы я пришёл сюда попросить его о помощи, это сделало бы его моим сообщником, а значит, мишенью для людей, против которых я работаю.

Она нахмурилась:

— Каких людей?

Я вздохнул.

— Если скажу, ты станешь сообщницей, Энди.

— Гм, а разве сейчас мы ими не являемся? — спросила она.

— Мы ими были прежде, — ответил я, слегка подчеркнув последнее слово. — Боб прав. Я сейчас точно не на стороне ангелов. И не допущу, чтобы ты и Баттерс провалились в тартарары вместе со мной.

— Скажи, Гарри, — спросил Боб, — во что ты опять ввязался?

— Только не в присутствии свидетелей, — заявил я.

— Просто стараюсь выудить информацию, как хороший слуга, — сказал Боб. — Ты же понимаешь.

— Конечно, — ответил я.

Энди нахмурилась:

— Боб не… Разве он не должен быть твоим?

— На данный момент я не владелец черепа, — пояснил я. — Тот, кто владеет черепом, получает и преданность Боба.

— Пользуется услугами, — поправил меня Боб. — Не петушись. И прямо сейчас я работаю на Баттерса. И на тебя, конечно, тоже, дорогуша.

— Дорогуша, — повторила Энди ровным голосом. — Неужели ты только что так меня назвал?

Её взгляд переместился на меня.

— Свидетели?

— Если вы ничего не будете знать, — пояснил я, — никто не станет пытать вас до смерти, чтобы это выведать.

При этих словах её лицо слегка побледнело.

— Эти люди считают фильмы из серии «Пила» прикольными, — сказал я. — Они причинят тебе боль, потому что для них это приятнее, чем секс. Они не станут колебаться. Поэтому я пытаюсь огородить тебя, как могу. Тебя и Баттерса.

Я покачал головой и опустил руки. — Мне нужно, чтобы ты верила мне, Энди. Я верну Боба на место до рассвета.

Она нахмурилась:

— Почему?

— Потому что не хочу, чтобы его заполучили не только враги, но и те, на кого я работаю, — ответил я. — Хотя он и не человек…

— Спасибочки, — сказал Боб. — Я объясняю, объясняю, но никто не слушает.

— …он всё-таки мой друг.

Боб издал звук, словно его тошнит:

— Ой, только не надо телячьих нежностей, Дрезден.

— Энди, — сказал я, не обращая на него внимания. — У меня мало времени. Я забираю череп. Ты собираешься застрелить меня, или нет?

Энди досадливо вздохнула и прислонилась к столу. Опустив пистолет, она скривилась, потом скользнула рукой по животу, прижав её к рёбрам с другой стороны.

Я старался не смотреть на то, что это движение сотворило с её грудью, потому что это было бы абсолютно неуместно, независимо от того, насколько чарующими могли быть или не быть образовавшиеся рельефы.

Я взял череп, почувствовав в руке хорошо знакомую форму и вес. Мерцающее свечение в глазницах стало ярче, и, возможно, слегка изменился оттенок пульсирующего света.

— Всё правильно! — вскричал Боб. — Снова в седле!

— Труби потише, — сказал я. — Другая команда может незаметно следить за мной. Я бы предпочёл не позволять им слышать каждое слово.

— Трублю потише, о могущественный, — усмехнулся Боб.

Когда я повернулся опять к Энди, та глядела с ужасом.

— О Боже, Гарри. Твоя спина.