Читаем Дорогие гости полностью

Ко времени, когда миссис Голдинг откланялась, бесконечные сумерки дождливого дня уже начали сгущаться, и мать выглядела совсем больной от усталости и душевного переутомления. Фрэнсис, сама вконец изнуренная, задернула занавески на окне, выходящем на улицу, и зажгла газовые рожки, но свет в холле приглушила, чтобы больше ни у кого из соседей не возникло желания наведаться к ним сегодня. Когда около половины шестого снова раздался стук дверного молотка, она испустила стон.

– У меня больше нет сил отвечать на расспросы. Давай не будем открывать?

Мать беспокойно поерзала на месте:

– Не знаю, право. Может, кто-то пришел к Барберам… – И тотчас поправилась с самым несчастным видом. – То есть к миссис Барбер. А может быть, это очередной полицейский.

Полицейский! Фрэнсис замутило. Да, очень даже возможно. Ведь инспектор Кемп говорил, что Лилиане следует оставаться дома на случай, если ему понадобится – какие зловещие слова! – срочно с ней связаться… Стук повторился. Фрэнсис с трудом подавила страх, сказав себе: «Успокойся. Соберись».

Однако, открыв дверь, она обнаружила перед собой не полицейского, а невзрачную пожилую чету и мальчика лет четырнадцати, чьи лица имели странное выражение, извиняющееся и горестное одновременно. Когда муж снял шляпу, Фрэнсис увидела волосы с рыжеватым отливом, и кровь прихлынула к ее щекам.

Это были родители и младший брат Леонарда.

Она почти предпочла бы встретиться с инспектором. Фрэнсис неловко посторонилась, впуская посетителей. Они узнали страшную новость только час назад, сказали Барберы. Они были в Кройдоне, навещали дядю и тетю Лена. За ними туда приехал полицейский и отвез обратно в город на автомобиле. Они поначалу не поверили. Решили, что произошла какая-то ошибка. Но полицейский сказал, что Лилиана опознала тело. Неужели это правда? Они с ума сходят от тревоги. Они хотят поговорить с самой Лилианой. Она здесь?

Не в силах вымолвить ни слова, Фрэнсис проводила Барберов наверх и, поручив заботам Нетты и Ллойда, поспешила убраться восвояси. Она вернулась к матери в гостиную, и они молча сидели там, с тяжелым сердцем прислушиваясь к скрипу шагов наверху, который свидетельствовал, что посетителей провели в спальню Лилианы. Чуть спустя послышались невнятные голоса – они повышались, падали, прерывались от рыданий и вскоре начали ощущаться как болезненное давление на свежий синяк. Фрэнсис поворошила кочергой угли. Потом поднялась с кресла. Господи, хоть бы мышцы ныть перестали! Она нервно подошла к французским окнам и выглянула в сад. Калитка по-прежнему оставалась открытой. Голоса наверху все не стихали.

Однако, когда через сорок минут Фрэнсис услышала, как родители Леонарда покидают комнату Лилианы и присоединяются к мальчику на лестничной площадке, ей вдруг показалось, что позволить им уйти так скоро будет неприлично. Собравшись с духом, она вышла в холл к ним навстречу и пригласила зайти в гостиную, буквально на минутку.

Барберы оцепенело сидели на диване: муж держал шляпу на коленях, жена крепко сжимала сумочку, словно обоим отчаянно хотелось поскорее уйти и никому не докучать своим присутствием. Их сын, Хью, стесняясь своего горя, непрерывно улыбался.

– Значит, вы поговорили с Лилианой, – сказала Фрэнсис.

Мистер Барбер кивнул:

– Да. Вы уже знаете?…

– Это очень печально.

– Это ужасно. Ужасно. Мы все еще не можем до конца поверить, правда? – Он обратился к жене, но та не ответила. – И вдобавок ко всему несчастье с Лилианой… Нет, мы совершенно раздавлены. Это за гранью нашего понимания. Дождаться Лена с войны, целым и невредимым… И у него так хорошо складывалась карьера в «Перле». Мы просто хотим знать, что произошло. Все там, наверху, говорят, что это убийство. Но я сказал: «Позвольте, какое еще убийство? Лена всегда все любили». Полицейские ничего нам толком не рассказали, видите ли.

– Совсем ничего? – Фрэнсис со стыдом осознала, что пытается выведать у мистера Барбера какие-нибудь подробности следствия. Но он явно знал очень мало – даже не слышал, например, что ограбления не было. Казалось, ему даже слегка полегчало, когда она сообщила это. Узнав, что она ездила с Лилианой в морг на опознание, мистер Барбер взглянул на нее со светлой, печальной завистью.

– Значит, вы тоже видели Лена? Мы хотели его увидеть, но полицейские отсоветовали. Врач только-только завершил посмертное вскрытие и еще не привел тело в порядок. Как он выглядел?

Фрэнсис вспомнила пластилиновое лицо Леонарда.

– Совершенно спокойным. Даже… безмятежным.

– Правда? Это хорошо. Да, мы хотели увидеть Лена, но нам сказали, сегодня лучше не стоит. Однако нам позволят забрать его домой, пока идут приготовления к похоронам. Мы поговорили с Лилианой, и она не против. Так что вам с вашей матушкой не придется беспокоиться на сей счет. Завтра забрать Лена не получится, поскольку завтра воскресенье, так что заберем в понедельник, и он побудет у нас дома. Они отнеслись к нам с пониманием, полицейские. Да, с большим пониманием. Конечно…