Читаем Дороги полностью

Начинал я писать эти зарисовки в 1970 году, вернувшись с замечательной поездки на Байкал. В то время я был еще полон сил и здоров. Было написано тогда всего несколько, наиболее ярких рассказов. Так недоработанные, они лежали на отдельных листка и я не думал, что когда ни будь, буду писать дальше.

Но в сентябре 1978 года случилась производственная травма. Попал я тогда в I Градскую больницу, где после неудачной (да и не нужной) операции получил заражение крови — сепсис. Буквально чудом, благодаря самоотверженной заботе и уходу моей милой и дорогой жены Тонечки, я вернулся к жизни. Именно тогда, на краю жизни, я понял, что с моим уходом уйдет все, что я пережил, что я помню. Я попросил принести побольше чистой бумаги, и сделал черновые наброски-конспекты. При благоприятных условиях хотел с ними поработать, привести к более литературной форме. Но дальнейшие события не дали возможности завершить работу.

Только-только я смог побороть одну смертельную болезнь, как на слабый еще организм новая напасть гепатит. Видно во время операции, когда мне практически сменили всю кровь, занесли от недобросовестного донора вирус гепатита — желтухи. К тому же получилось нагноение левой оперированной ключицы — остеомиелит. В то время меня готовили уже ко второй операции.

Но, видно Всевышний не дал свершиться этому. Буквально в день назначенной операции, за два-три часа до нее, меня моя жена успела перевезти в другую больницу, 7-ую городскую, где я впервые познакомился с замечательным человеком Александром Николаевичем Щербюком. За суровой и, как могло показаться, грубой манерой обращения, скрывалась очень чуткая человеческая душа. Сколько раз в критические моменты он, как бы случайно, оказывался рядом и спасал меня! Надо отдать должное, в трудное время проверяются настоящие люди, настоящие друзья. Василий и Евгения Пименовы наши давние друзья, подняли на ноги тогда всю партийную номенклатуру и смогли достать, так мне необходимые дефицитные лекарства. А ведь в I Градской больнице мне уже не хотели даже делать перевязки! Прямо в глаза говорили: «Зачем тратить бинты, ведь этот больной безнадежный!»